От запаха альдегида его начало подташнивать. Хесс посмотрел на студентку, склонившуюся над трупом, и заметил, что она очень молода, на вид лет двадцати. Девушка была высокого роста и, вероятно, привлекательная, но ее лицо скрывала хирургическая маска. Бонни подняла на Хесса веселые и вместе с тем сосредоточенные глаза.

– Отойдите немного, детектив! Бонни, это Тим Хесс из полиции, он будет присутствовать при бальзамировании.

– Привет, – сказала девушка.

– Доброе утро, – ответил Хесс.

От Бонни веяло свежестью и юностью. Она взяла скальпель и сделала надрез. Тим внимательно наблюдал за движениями девушки.

– Хорошо, Бонни. Не так глубоко! Теперь подцепи артерию. Правильно. Теперь перевяжи. Но не как в прошлый раз, ты же не хочешь, чтобы...

– Знаю!

– Бонни недавно переборщила с лигатурой, и сосуд лопнул, – пояснил Боб Хессу.

– Я учусь на своих ошибках! – слегка обиженно проговорила девушка. Ее пальцы кропотливо работали.

– Молодец, – подбадривал ее Алан.

Хесс смотрел, как один конец тонкой металлической трубки вошел в артериальный разрез, а другой Бонни соединила с прибором. Девушка нажала включатель. Через минуту в усопшего от цирроза мужчину полилась жидкость. Сверху к машине был прикреплен сосуд, из которого поступал раствор. По бокам располагались различные датчики и рычажки. И руководила всем юная девушка, держа одну руку в перчатке на бедре покойного, а другую – у него на плече.

– Я хочу заранее начать массаж. Это будет лучшее бальзамирование за всю историю нашей цивилизации!

– Ну давай, – усмехнулся Боб.

Бонни плеснула чем-то на левую руку, затем потерла обе и начала втирать средство в кожу трупа. Она выполняла круговые движения, постепенно расширяя их радиус. Время от времени Бонни наблюдала за тем, как функционирует прибор.

– Мистер Хесс, сейчас Бонни старается, чтобы бальзамирующее средство легче вошло в тело и начало быстрее действовать. Машина впрыскивает жидкость, и она бежит по всей кровеносной системе, попадая даже в самые тонкие капилляры. Массаж способствует этому процессу и является неотъемлемой частью бальзамирования. Можно приступать к следующему этапу, если после массажа лоб у трупа слегка набухнет, веки нальются кровью, а лицо обретет естественный цвет. Усопший становится похожим на живого.

Боб увел Хесса в маленькую комнатку, где располагались внушительные полки, заставленные многочисленными бутылочками.

– Здесь хранятся жидкости для бальзамирования. Большая часть из них изготовлена на основе формальдегида, но есть и иные. Вот, например, это средство подходит почти для каждого случая.

Боб протянул Хессу пластиковый флакон. Этикетка сообщала, что содержимое особенно эффективно при работе с "утопленниками, а также разложившимися, обожженными и замороженными трупами". Тим поставил бутылку на место.

Мужчины вернулись к столу. Бонни продолжала массаж – теперь она втирала средство в лицо умершего. Хесс заметил, что к щекам усопшего прилила краска.

– Как видите, Бонни вернула его коже природный цвет, – сказал Боб. – Его тело сейчас переполнено жидкостью, смешанной с кровью. Теперь можно приступить к дренажу. Бонни, нащупай яремную вену и вскрой ее.

Девушка одарила Алана недовольным взглядом, а затем подмигнула Хессу. Взяв скальпель, Бонни нашла вену и подцепила ее специальным медицинским крючком. Одной рукой она подтянула ее, а другой сделала надрез. Хлынула разжиженная кровь. Бонни контролировала ее поток, придерживая стенки вены двумя пальцами.

– Раствор формалина моментально вытеснит кровь, Хесс, – объяснял происходящее Боб. – Весь процесс при нормальной температуре занимает не более десяти минут. Во время дренажа желательно не прекращать массаж.

Бонни энергично водила пальцами и ладонями, словно рисуя круги на мертвом теле, а оно податливо повторяло амплитуду каждого движения девушки. Волосы усопшего развевались от потока воздуха, шедшего из кондиционера.

Наконец серая кожа приобрела совершенно здоровый розоватый оттенок. Казалось, что мужчина просто спит и вот-вот откроет глаза. Даже губы его налились краской. Разительная перемена произошла почти мгновенно, словно в мертвеца вдохнули жизнь.

– Вот так! – Бонни была явно удовлетворена результатом. Она продолжала водить пальцами по щекам, лбу, ушам и носу трупа. Затем спустилась к шее, плечам и груди.

Хесс не мог оторвать взора от происходящего. Он отчетливо представил себе убитых Джанет Кейн и Лаэл Джилсон и то, как их тела возрождались под руками маньяка. Хесс вообразил Похитителя Сумочек на месте Бонни и почти как наяву увидел его точные, уверенные движения, его пальцы, скользящие по гладкой коже молодых женщин.

Тряхнув головой, Тим вернулся к реальности: перед ним лежал труп старика. Но секунду спустя Хесс вновь смотрел на красавицу Лаэл, а Бонни опять превратилась в привлекательного белокурого мужчину со странными грустными глазами. Затем в очередной раз сознание Хесса прояснилось. Он присутствовал при бальзамировании, проводимом Бонни. Вдруг Хесс почувствовал какую-то необъяснимую симпатию к этой девушке, желание помочь ей, укрыть от жестокости мира. Он жаждал ее триумфа в своеобразной борьбе со смертью. Хесса захлестнула волна сильных эмоций, что очень удивило его. Сердце застучало чаще, а мышцы налились непривычной силой. В голове у него снова все смешалось: теперь на месте трупа он видел Мерси Рэйборн, а сам перевоплотился в Бонни и выполнял ее работу. Хесс массировал кожу Мерси, наслаждаясь каждым прикосновением. Он дотронулся до носа, и ее темные ноздри зашевелились...