Через несколько минут к ним присоединился Макмиллан.

— Скоро мы сможем разойтись по домам и отдохнуть, — пообещал он. — Стивен, я попросил приехать группу биологической защиты и уборщиков. Сможете объяснить им, где находятся споры и как проще всего их удалить?

Стивен кивнул.

— Вы отлично поработали. — Макмиллан помолчал, подыскивая слова. — Я знаю, вам сейчас нелегко, но у вас не было выбора. Если бы не вы… никого из нас уже не было бы в живых. И хотя это, наверное, не очень подходящее слово — я хочу сказать вам спасибо!

— Да, спасибо, Стивен, — встрепенулся Люкас, выдавливая из себя подобие улыбки. — От имени моей жены и детей, спасибо вам огромное! Я никогда не думал, что работа в лаборатории может быть такой… — Он замолчал, не в силах найти подходящего слова.

Стивен молча кивнул в ответ, больше всего на свете желая, чтобы собеседники закрыли эту тему. В его душе еще свежо было ощущение ужаса от содеянного.

— Монк рассказал вам что-нибудь об этом деле? — спросил он, чтобы переменить тему.

— Ничего, — покачал головой Макмиллан. — Высокомерен, холоден как лед и слишком умен, чтобы злорадствовать или хвастаться. Мне доводилось встречаться с такими людьми. Он убил бы нас, не моргнув глазом. Обнаружив, что вы вывели из строя его ловушку в вентиляционной системе, он даже не проявил раздражения: просто принял это к сведению и перешел к «плану Б». Ничто не остановило бы его на пути к цели.

Закрыв глаза, Стивен живо представил, как Монк толкает Луизу Эйвери со скалы на верную смерть.

— А цель его — заставить нас молчать об операции, которая должна была изменить ВИЧ-статус богатого ублюдка, — докончил он.

— Да, — кивнул Макмиллан. — Для меня это тоже непостижимо.

На стоянку подъехали два черных автомобиля без опознавательных знаков, и две группы техников — всего восемь человек, облаченные в белые защитные костюмы, коротко переговорив с Макмилланом, принялись убирать последствия столкновения Монка и Данбара. Первым делом тело Монка переложили в мешок для трупов и унесли. Участия полиции не предполагалось, не будет также ни патологоанатомического вскрытия, ни фотографирования, ни взятия анализов. Обойдется и без представителей уголовного суда — потому что суда не будет. Монк жил вне закона — там он и останется после смерти.

Еще двое техников были откомандированы к Стивену, чтобы он проинструктировал их, как добраться до контейнера со спорами. Один из них настойчиво называл Стивена «папаша». Первым делом техники поинтересовались, нужен ли им полный костюм биологической защиты. Стивен уверил, что в этом нет необходимости — контейнер не был поврежден. У одного из рабочих уже имелся план вентиляционной системы здания, и Стивену оставалось только отметить на ней место расположения контейнера.

— Контейнер был помещен туда снизу, и удалить его следует тем же путем, — посоветовал он. — Он герметичный, так что будьте осторожны.

— Хорошо, папаша.

— Погрузите его в дезинфицирующий раствор, как только достанете…

Во втором часу ночи фургоны наконец уехали. Лаборатория вернулась к своему первозданному состоянию, а контейнер со спорами был обезврежен в соответствии с инструкцией. Через некоторое время под окнами остановились машины, приехавшие, чтобы развезти всех по домам. Люкас запер дверь лаборатории, и все трое вышли на улицу.

Стивен понимал, что уснуть ему не удастся, поэтому не стал даже пытаться. Он сидел в своем любимом кресле у окна, глядя в небо, слушая Майлза Дэвиса и потягивая джин-тоник. Теперь, когда появилось время подумать, оказалось, что ему трудно разобраться в своих чувствах. Единственное, что Стивен мог сказать точно — чувствовал он себя отвратительно. Под утро ему все-таки удалось забыться поверхностным сном. Впрочем, он был рад снова проснуться — дурные сны не принесли никакого облегчения измученному событиями мозгу.

Когда первый серый свет зари начал теснить оранжевое свечение уличных фонарей, Стивен заставил себя встать и встретить новый день, начав его с долгого душа, а затем позавтракал тостами с кофе. В девять утра он уже был в кабинете Макмиллана.

— Я попросил комиссара столичной полиции встретиться с нами, — сообщил сэр Джон. — Мы расскажем ему все и дадим понять, что «Сай-Мед» не намерен участвовать в укрывательстве. Я хочу, чтобы это тайное деяние стало достоянием общественности, независимо от того, кто такой этот пациент Икс.

— Хорошо, — кивнул Стивен. Он не сомневался в искренности Макмиллана, но задумался, как все это будет выглядеть на практике. В прошлом он был свидетелем ситуаций, когда «Сай-Мед» вынуждали отступить «в интересах общественности», но, надо отдать должное Макмиллану, подобные случаи были редкими и немногочисленными. С тех пор, как сэр Джон крепко встал на ноги и был уже в состоянии выдерживать серьезное давление со стороны «коридоров власти», такого не случалось. В свое время Макмиллан даже добился снятия с должности некоторых очень влиятельных людей, которые вообразили себя вне закона. Ни для кого не было секретом, что именно в результате того дела его посвящение в рыцарское звание было отложено на много лет.