Шрифт:
Отвратительный старик пошарил в многочисленных складках своего обвисшего одеяния и выудил из какого-то тайника почерневший зуб.
— Нет, это уже переходит всякие границы!
Я вскочил на ноги и рванулся к двери, где меня встретила россыпь брызг у порога, который не давал морской воде проникать в салон. За дверью обнаружился Бене. Как и все окружающие, он держался за поручень, шедший между каютами, — правда, только двумя пальцами. Глядя на дверь каюты Преттимена, Бене шевелил губами. По-видимому, пресловутые муки творчества! Я почувствовал, что зверею — до сих пор не знаю почему.
— Мистер Бене!
Он досадливо перевел на меня взгляд.
— Мистер Бене, я намерен получить от вас кое-какие ответы!
Бене растерянно нахмурился.
— Разве я принял ваши извинения?
— Извиняться должны вы! Ваши отношения с некой дамой вынудили другую даму… что, в свою очередь, заставило меня… мое суждение о ней… честь вашего имени…
— А что вы имеете против моего имени, сэр? Это что — насмешка?
— Честь вашего имени…
— Повторяю: я горжусь своим именем, мистер Тальбот. Мой отец сохранил его, как печальное напоминание о горькой судьбе нашего…
— Вы сбиваете меня с толку! Мне нет дела до вашего имени, судя по всему, французского. Я хочу получить простой ответ на простой вопрос. Чему она была свидетелем? Какой порочной связи?
— Мистер Тальбот, после наших недавних разногласий, знаете ли…
— Я хочу наконец уяснить для себя характер отношений между вами и известной вам дамой!
— Вы, вероятно, имеете в виду мисс Чамли. О Господи! Сказал же я вам, что она оберегала наше уединение… Cave… [17] или, если вам незнакома латынь…
17
Cave (лат.) — беречь, охранять.
— Знакома, уверяю вас!
— Вы покраснели, прямо как несчастный Преттимен.
Я с трудом подавлял растущую ярость.
— Меня больше интересуете вы и некая дама в возрасте!
— Так, значит, вы меня раскрыли! Она, о, она…
Мистер Бене, что было для него нехарактерно, утратил дар речи. Неожиданно он закрыл глаза и продекламировал:
— Ты дамский сбросила наряд И кудри вольно распустила, Ах, образ твой ласкает взгляд…— Значит, вы все-таки имели с ней порочную связь! И мисс Чамли об этом известно! Она все знала!
— Какую связь?
— С леди Сомерсет!
— Пониманием душа возвысится. Каким бы глубоким ни было преклонение перед дамой…
И тут я сорвался. К счастью, при таком ветре, меня не слышал никто, кроме Бене.
— Вы обладали ею? Мисс Чамли видела?
На лице Бене проступило жалостливое понимание.
— Я мог бы обидеться на ваши слова, мистер Тальбот, обидеться и за нее, и за себя. Наверное, вы просто не можете подняться выше каких-то плебейских отношений.
— Кто бы говорил о плебейских отношениях!
— Вы охвачены страстью и вряд ли отвечаете за свои слова. Я опустился перед леди на колени. Она протянула мне правую руку. Я сжал ее в своей, дабы запечатлеть поцелуй. Внезапно — и я уповаю на то, что вы поймете, какое безмерное целомудрие было заключено в этом жесте — я вспомнил, как во младенчестве моя дорогая маменька приходила ко мне в детскую пожелать спокойной ночи. Захваченный порывом чувств, я повернул эту белую руку, впился в ладонь губами, а затем осторожно зажал тонкие пальцы.
— А дальше? Дальше?! Вы молчите, сэр! Это что — все? Это все, мистер Бене?
— Как же вы нелюбезны, мистер Тальбот! Уже второй раз вы глумитесь, пытаясь задеть честь моего имени.
— Простой ответ на простой вопрос, прошу вас!
— Да, это все. Хотя для человека тонко чувствующего…
— Тогда объясните, почему она сбросила одежду. Объясните!
— Леди Сомерсет ничего не сбрасывала!
— «Ты дамский сбросила наряд»!
Всплеск очередной волны покрыл нас водопадом брызг. Бене утер лицо.
— Теперь я все понял. Ваша собственная грубость и приземленность обманула вас. Дама и впрямь сняла «дамский наряд»:
— Ты дамский сбросила наряд И кудри вольно распустила, Ах, образ твой ласкает взгляд, И все, что вижу, сердцу мило! Пусть ты другому отдана — Мы под одними парусами Летим, Летиция…— Мисс Грэнхем! Миссис Преттимен!
— Кто же еще? Конечно, над некоторыми строчками еще работать и работать.