У вас есть две возможности. Первая — предстать перед судом. Вторая — спастись бегством в Тракию.

— Не слишком большой выбор, — невесело пошутил Джек. — Первое означает верную гибель в рудниках.

Несмотря на то что внимание его было приковано к Слепому Королю, он заметил, что Полли О’Брайен все ближе придвигается к нему. Первой мыслью Джека было, что у нее там нож. И немудрено: слишком много людей хотели напакостить ему в последние несколько часов. Но потом он подумал, что у нее нет причин воткнуть ему нож под ребро и что он стал сверхосторожным, потому что очень нервничает.

В помещение вошел один из вийров и что-то сказал на языке взрослых О-Регу. Тот кивнул и тут же произнес по-английски:

— Я вернусь через несколько минут.

После того, как он вышел, Джек спросил:

— У моего отца есть шансы выкарабкаться?

— Я не могу ничего обещать наверняка, — ответила Р-ли детской речью. — Но Иат очень хороший целитель. Пожалуй, один из лучших представителей класса врачевателей.

В другое время это замечание удивило и заинтересовало бы Джека. Он не подозревал о том, что у вийров существует какое-то деление по общественному положению. Профессии и ремесла — да, но слово, которым она воспользовалась, в переводе на английский не могло означать ни того ни другого. Оно содержало в себе отличительную частицу “панч”, указывающую на то, что измененное с его помощью существительное безусловно обладает качествами, которые ограничены определенными рамками. Таким образом, в определенном контексте оно могло указывать на то, что определенное лицо, обозначаемое этим существительным, от рождения занимает определенное положение и не может выйти за его пределы.

Если бы разговор об этом зашел раньше, то Джек сказал бы, что у него весьма смутные представления об общественном устройстве обитателей кадмусов. Более того, он всегда считал, что вийры живут почти что в состоянии анархии.

Но теперь все его мысли были прикованы к состоянию отца.

— Иат уже исцелил сломанные кости, — продолжала Р-ли. — Если бы не сотрясение, которым занимается сейчас Иат, Уолт был бы сейчас в состоянии подняться и ходить.

Полли О’Брайен издала изумленный возглас:

— Черная магия!

— Нет, — возразила Р-ли. — Просто знание природы. Иат вправил кости, а затем сделал впрыскивание очень сильного и быстросохнущего клея, который связывает сломанные кости крепче, чем до переломов. Он также дал Уолту успокоительную микстуру, чтобы снять стресс. Он поместил твоего отца в состояние “кипума”. В приближенном переводе это означает такое бессознательное состояние, в котором больной широко раскрыт для психологического внушения, посредством которого тело получает возможность самоисцелиться быстрее.

Нет, в наших методах нет магии. Если бы Иат объяснил свои методы лечения, тонкости своей профессии, составы своих лекарств, то вы наверняка поняли бы, что здесь нет никакого волшебства. Но он расскажет вам не больше, чем мне. Это одна из привилегий его класса. Он никогда не сможет стать королем, но его право лечить людей тем не менее достойно всяческого уважения.

В комнату вернулся О-Рег.

— Чаковилли удалось убежать от драконов Мар-Кук и Ниа-Нан. Он встретил солдат на единорогах и сейчас движется сюда вместе с ними. Через несколько минут мы узнаем, чего он хочет.

Немного помолчав, он добавил:

— Я ожидаю, что он потребует выдать тебя, Джек, и всех людей, находящихся сейчас в этом кадмусе, то есть Полли, твоего отца, Эда Ванча и его приятелей.

Р-ли с тревогой посмотрела на Джека.

— Неужели ты не понимаешь, что это означает? Все вы, независимо от причин, по которым попали сюда, будете осуждены! Тебе же известны ваши законы! Если ты войдешь в кадмус, ты виновен в осквернении. Тебя автоматически обвинят и осудят. Единственное, что неизвестно, сожгут ли тебя на костре или погубят в рудниках!

— Я знаю об этом, — Джек криво усмехнулся. — В каком-то смысле даже забавно, что произойдет с Эдом. Его ненависть к вам, гривастым, и к тем людям, у которых хорошие с вами отношения, как раз и побудили его оказаться среди тех. А теперь, нравится ему это или нет, он должен будет сам разделить их судьбу.

— Эд Ванч вовсе не считает свое положение забавным, — сказал О-Рег. — Я сказал ему, что его ждет, и он едва не лишился чувств от гнева и ощущения собственного бессилия. А также, я в этом уверен, от панического страха. Когда я уходил от него, он выкрикивал угрозы и непристойности. — На лице О-Рега отразилось отвращение. — Гнусный подлец!

— Как ты намерен поступить? — спросила Джека Р-ли.

— А что, если я останусь здесь? Нельзя сказать, чтобы мне очень уж этого хотелось. Вечно под землей не прожить!

— Да и нам вовсе не нравится сидеть взаперти у себя дома, — кивнул О-Рег. — Ты ведь знаешь, как мы любим открытые просторы, деревья, наши поля. Хотя мы и привыкли спускаться в кадмусы для нужд дела или на случай защиты, мы тоже сходим с ума, когда вынуждены оставаться в этих каморках длительное время.