Он развернул карту перед недоуменным взглядом Феликса.

— Но недавно я подумал о том, что не так уж хорошо знаю свой город.

— И вы приехали ко мне пополнить свои знания? — поперхнулся кофе доктор. Он понимал, что Скелет к чему-то клонит, но еще не догадался, к чему…

— Моих знаний оказалось недостаточно, — сказал Скелет спокойно, уставясь глазами в карту.

— Но вы же победитель олимпиады школьников, — произнес Феликс, принимая шутливый тон Скелета. — К тому же не какой-то, а районной. И у вас есть даже грамота…

— Все дело в том, что я занял первое место, потому что назвал все ленинские места в нашем районе, — ответил Скелет. — Так что по местам пребывания Ленина я и сейчас могу давать консультации. Но сегодня у меня другая проблема.

— Какая? — спросил Феликс, уже чувствуя по тону Скелета и по тому, как ой затягивает разговор, что тот добился какого-то успеха.

Скелет рассказал в двух словах о той операции, которую провел ночью. Конечно, он не назвал имени Клоуна или каких-то конкретных деталей. Просто описал то, что видел в котельной.

Это был жуткий рассказ, и Феликс несколько раз вздрагивал. Чего только не приходилось слышать в его нынешней работе, но такого…

— Вот у меня и остались два вопроса, — закончил Скелет свой рассказ. — Два вопроса и больше ничего.

— Какие вопросы? — оживился Феликс, но Скелет остался глубокомысленным и медлительным.

— Первый вопрос и второй вопрос, — ответил он серьезно. — Хотя эти два вопроса и слабо связаны между собой. Первый — это почему вашу Юлю оставили в живых? Почему? Они всех убивают, это теперь ясно. Почему у нее взяли только глаза и отпустили слепую? Почему не взяли почки и еще что-нибудь? Это непонятно.

— У них не было заказа на другие органы, — пожал плечами Феликс. — А долго хранить почки без соответствующего контейнера нельзя. Их и в контейнере вряд ли можно хранить больше недели. Просто не было заказа. Только на глаза.

Он уже думал об этом, так что ответ был готов заранее. Скелет покачал головой:

— Допустим. А почему оставили в живых?

Мужчины помолчали.

— И второй вопрос — главный для меня сейчас, — произнес сыщик. — Мне нужно идти дальше по цепочке в обратном направлении, раскручивать ее.

— По какой цепочке? — не понял доктор.

— По технологической, — ответил Скелет. — Я видел изрезанные и голые трупы людей. Теперь надо двигаться в обратном направлении и выяснить, где их раздевали и резали. Это ведь нельзя делать в домашних условиях?

— В принципе — можно и в домашних, — ответил Феликс. — Но квартира должна быть оборудована соответственно под операционную.

— Технически это возможно? — быстро спросил Скелет.

— Технически сейчас все возможно, — ответил Феликс. — У меня один знакомый переделал одну из своих квартир на пятом этаже под сауну с бассейном… Другое дело — сколько это будет стоить, и насколько это целесообразно.

— Вы стали бы так поступать? — спросил сыщик, напрягаясь на своем стуле и впиваясь глазами в доктора. — Вы смогли бы провести такую операцию в домашних, приспособленных условиях?

Феликс хмыкнул и передернул плечами.

— Я не стал бы проводить такую операцию, — ответил он. — А кроме того, я не специалист по внутренним органам. Я бы просто не взялся за это. Надо ведь не просто удалить почки или глаза, а сделать это так, чтобы они были пригодны для дальнейшего использования, то есть пересадки другому человеку. Я этого не смог бы.

— Я не говорю, что вы смогли бы, — ответил Скелет. — Но где это возможно осуществить? Какой врач и где может сделать такое наиболее эффективно?

— В больнице, конечно, — сказал Феликс. — В оборудованной операционной. Там лучше всего. Да, пожалуй, только там и можно делать это с гарантией успеха. Кроме глаз, наверное. Глаза можно и в домашних условиях. При наличии квалификации, конечно.

— То есть вы считаете, что все это проделывает доктор в больнице? — настаивал на точности Скелет. Он теперь был похож на гончую собаку, почуявшую верный след.

Взгляд его заострился, глаза блестели нездоровым блеском.

— Да, и не просто любой врач, — сказал Феликс. — Почки может удалить любой хирург. Вероятно, он не обязательно должен быть специалистом-урологом, а вот глаза… Удалить глаза так, чтобы их можно было потом сохранить, перевезти и пересадить — это может только офтальмолог. Окулист. Больше никто за это не возьмется, это очевидно.

— Ну вот, — произнес Скелет облегченно. — Я и сам так думал. Примерно так, — поправился он. — Остается вероятность того, что вы неправы, — продолжил он.