Позвонил Джоелю Шмидту — директору по производству «Компу-Уорлда». Вопрос о том, нельзя ли отсрочить выпуск на пару дней из-за ситуации с «Джи-Би-Эс», спровоцировал настоящую бурю:

— Нед, ты что, спятил? Две минуты назад в мой офис заходит ледяная немецкая дева, представляется Уттой какой-то там, заявляет, что она — супервайзер печатных изданий «Клауса-Зандерлинга» и хочет узнать о нашей работе всё. Сказала, ей известно, что журнал пойдет в печать в пятницу, а расчеты показывают четырехдневное отставание от графика. Что, в свою очередь, приносит компании убытки и тэ дэ. Понял?

— Недружелюбный клиент попался?

— Недружелюбный?! У малышки в жилах — жидкий азот. Так что никаких тебе поблажек. Чтобы к пятнице принес — или окончательный макет, или твои cojones [6] .

Вот и выиграл время, называется… Звоню в офис Теда Петерсона в «Джи-Би-Эс». Секретарша — настоящая душка. Едва заслышав название «Компу-Уорлд», заявляяет: Петерсон — на совещании, где, скорее всего, пребудет в течение ближайших пяти лет. По крайней мере, такое заключение делаю по голосу женщины.

— Если бы он уделил мне только пять минут своего времени…

— Мистер Аллен, сегодня у него не будет пяти минут, — бодро заявляет собеседница.

— Каждый способен найти немного времени….

— Передам, что вы звонили. Больше ничем помочь не могу… — И повесила трубку.

Тед Петерсон… Мы встречались в прошлом году, на одном из крупных шоу по продажам от «Гетца-Брауна». Типичное бельмо на корпоративном глазу. Тридцать два года, исполнен решимости дорваться до вожделенного поста вице-президента, как только стукнет тридцать пять. Полная нацеленность на результат.

На телефоне сумасшедше мерцают пять огоньков. Нажимаю на селектор:

— Что, Лили, пришли сообщения?

— Мистер Аллен, вам звонили не меньше двух дюжин раз.

— Лили, ты не могла бы озвучить весь список позвонивших?

— Легко, мистер Аллен. Ах да, чуть не забыла: звонила ваша жена, сказала, слышала новости. Хотела побыстрее с вами поговорить.

— Лиззи еще на связи?

— Нет — но на первой линии — мистер Мадуро, на второй — мистер Сирио, на третьей — мистер Блухорн…

Все основные агенты «в поле». И каждый испытывает вполне объяснимое беспокойство за свою работу.

— Соедини с Сирио. Остальным скажи, что скоро отзвонюсь.

— Будет сделано, мистер Аллен. Да, и еще: мне имеет смысл начать просматривать объявления по трудоустройству?

— Скажем так. Лили: я — спокоен.

— Поняла, босс.

Нажимаю на телефоне вторую кнопку.

— Здорово, Фил, — поприветствовал я агента, — извини, что заставил так долго висеть на связи.

— Без проблем, Нед. Говорят, денек выдался тяжкий.

Старина Фил. Мистер Немногословный. Стопроцентно надежный парень. С Филом работать проще, чем с любым другим специалистом из отдела продаж. Чуть больше сорока, непростительно полный, выращен и вскормлен в Квинсе, по-прежнему живет в его окрестностях (а точнее — в районе Озоун-парка), щеголь, предпочитающий двубортные костюмы цвета перламутра и совершенно не выносящий, когда парят мозги.

Фил занял почетное место лучшего продавца с тех пор, как Долински утратил былую хватку. Никогда за всю жизнь не видел более четкой работы. Сирио достаточно лить поднять телефонную трубку — и сделка готова. Среди клиентов ни одного внезапного отказа, ни единого перехода в стан противников (нередко я гадал: уж не вальяжное ли поведение Фила, напоминающее манеры мафиозо, заставляет клиентов хранить верность?). В отличие от других работников, вспахивающих ту же ниву, Сириро ни разу не хныкал, не стонал и не жаловался. Просто делал свое дело.

— Так значит, новости докатились и до тебя? — спросил я.

— Да. Слышал, с нами будут работать фрицы?

— Ну, по слухам — да.

Классный парень. Никакого беспокойства, никакой херни.

— Слушай, Фил, можно попросить тебя об одолжении?

— Валяй.

И я поведал о ситуации с «Джи-Би-Эс» и о том, как теперь приходится работать, чтобы заполнить шесть пустых страниц в апрельском номере.

— Этот свинодолб Петерсон так заподлил? — не поверил Фил.

— Боюсь, что да.

— Таких нужно кастрировать бензопилой. Хочешь, поговорю с ним?

— Он не отвечает на звонки. Можешь не сомневаться, я не раз пытался дозвониться.

— Понимаю. Но со мной-то уж Петерсон поговорит…

— С чего бы?

— Просто мне кое-что известно о Петерсоне.

— Например?

— Помнишь, как прошлой зимой на Больших Каймановых островах проводилось торговое мероприятие? В общем, выхожу в последнюю ночь из отеля, собираюсь прогуляться по пляжу, и вдруг откуда ни возьмись на улицу выбегает зареванная Джоан Плейстон, перепуганная до смерти, в полном шоке. Ты же знаком с Джоан?