– С оружыим ни паложына: – твердит часовой, выходец из какого-то далекого дагестанского села.

Советую майору не париться, а пройти через тыльные ворота в районе осетинской кафешки.

По группировке идет усиление бдительности, настороженности и тупизма. Недавно произошло жуткое ЧП. У многих до сих пор трясутся поджилки, а женщины из строевой части заблаговременно впали в климакс и с тех пор безнадежны. У командующего – нет, вернее, у К О М А Н Д У Ю Щ Е Г О!!! – группировки с его личной клумбы какой-то террорист срезал все розы. Так как в ночь на клумбу выставлялось дополнительное охранение, то розы сперли днем, и на это никто не обратил внимания.

Наконец-то часовой пропустил меня на территорию, тщательно изучив мой пропуск и сличив фамилии. То, что это был пропуск в штаб СибВО, его не смутило. Возле нашего крыла активно суетятся местные псы в полном составе. Вчера было страшное побоище с псами из МВД. Наш пес-разведчик Черныш в пылу активного облаивания немецкого овчара обгадил ступеньки и получил пендаля от оперативного дежурного. Собачка Чапа была куда более предусмотрительна, заняв позицию в ближайшей канаве и активно ведя действия по огульному охаиванию умственных способностей псов из МВД. Отпрыски Чапы, оставшиеся служить в разведке, толстобрюхие щенки Рамзан и Роман (почему щенка-девочку назвали Роман, никто так и не понял), поддерживали маманю с флангов канавы.

Немецкий овчар, по должности розыскник, активно отступал, волоча с собой урну, к которой был пристегнут хозяином. Лишь только здоровенный рыжий кот по кличке Рыжий Супьян, служащий в отделе воспитательной работы, лениво посматривал на стычку между «разведчиками» и «розыскниками» и активно вылизывал то, что положено вылизывать, когда нечего делать.

Пса Черныша когда-то бессовестные бойцы-ВВшники накурили анашой, и теперь песик ведет «растаманский» образ жизни, приставая к военным, требуя, чтобы его «почухали» и потрындели с ним за жизнь. Черныш оживляется только тогда, когда можно на кого-то гавкнуть.

Вот они с воспитателями вышли, сейчас начнутся какие-нибудь разборки. Как-то на днях наши разведчики «налаживали взаимодействие» в группировке ВОГО и П (Временная оперативная группировка отделов и подразделений МВД). Ну, и уже «налаженные» пошли через КПП. Там с одной стороны стоит боец из ВВ, а с другой – милиционер. Иногда бродит патруль, отлавливая, кого захочет. То пиво заставят вылить возле магазина, то в кутузку пытаются спровадить. Так вот, наши парни попались патрулю и «поперли буром», козыряя принадлежностью к разведке и значками «За службу на Кавказе», причем еще свои фамилии назвали и дали записать. Эта история имела последствия. Наш шеф жутко ругался и называл всех «долбоовцами». Я, бредущий по группировке эмвэдэшников с пакетиком печенья и баночкой кофе, как-то был остановлен громогласным криком какого-то милицейского босса:

– Иди сюдааа, отр-о-о-ок!

Так как местный босс был в одном со мной звании, то ответ последовал незамедлительно.

– Иди на хер, отче!

С тех пор на меня здесь были обижены. А вчера мы тоже со своими «взаимодействующими» обговаривали детали совместной работы. Обговорили, потом еще пару раз обговорили, потом песни попели и поплясали. А на том самом КПП нас тоже встретил патруль. Но в таких ситуациях, как говорится, опыт переговорщика – главное.

Мы, скромно потупив глазки, сознались во всех злодеяниях. Так как звания наши внушали священный трепет начальнику патруля, он решил просто переписать наши фамилии и должности. В результате сегодня – скорее всего, на совещании – объявят о недостойном поведении заместителя командующего по десантированию бронеобъектов в горно-лесистой местности полковника Якова Блюминштейна-аль-Атоми (да простит меня камрад Беркем) и эксперта по зоофалеристике подполковника Симеона Шарикова.

Мораль – проверяйте документы, не верьте никому на слово.

Началась работа, как обычно, с паники. Одному из первых лиц группировки почему-то в голову пришла мысль, что мы, разведчики, выставили свой разведывательный комплекс под Янди, Ачхой-Мартановского района. А если выставили, то где боевой и численный состав? Где разведчики стоят на довольствии? Что кушают, с кем взаимодействуют? Оперативный отдел махом развернул работу. Обзвонили и допросили всех. Кто-то даже клятвенно заверил, что поставит разведчиков на довольствие к себе в часть. Даже БЧС каким-то образом вычислили и представили. Довольные операторы доложили должностному лицу о результатах проделанной работы и о том, что разведчики даже ухом не пошевелили. Пошла «волна» в сторону разведки, разведывательная служба начала отбиваться. «Сражение» было бы разведкой проиграно, если бы вовремя не появился начальник одного из отделов. Он пояснил всем сторонам конфликта, что никакого комплекса никто никуда не выставлял и все наши люди на месте.

– О, как! – сказало высокое должностное лицо. – Что-то я напутал!

Здесь есть еще одно высокое должностное лицо, к которому подходить подписывать какие-либо документы абсолютно бесполезно. Ибо!..

–А вы, товарищ полковник, готовили документы министру обороны на подпись? Нет! А я готовил! Идите переделывайте!

И так до бесконечности. Видно, уж очень хорошо готовил документы на подпись, что его с Генерального штаба сократили, не увидели в Новом Облике, пнули под зад, перевели во внутренние войска (нужное подчеркнуть).

Потихоньку все идет по накатанной. Вроде тихо. Ан нет! По взаимодействию непонятно с кем получена засечка о выходе с чьего-то сотового телефона в Интернет. Наш шеф с криком: «Йо, сейчас мы распедалим эту тему!» – начал ставить задачи по анализу и сбору информации по аналогичным случаям выходов через GPRS. Однако я его жестоко обломил. Сказал, что прямо сейчас могу дать информацию по аналогичным выходам. Шеф навострил уши.

– Сейчас в курилке возле службы где-то в течение пяти минут выходов двадцать наблюдалось!