— Почему ее держат под арестом?! — долетел из коридора возмущенный возглас Люша.

Голос охранника, что-то втолковывающего репортеру.

Тина еще раз внимательно рассмотрела документы на имя Кристины Верной и банкноты. Все настоящее. Что это — игра Живущего-в-Прохладе, жест, рассчитанный на вполне определенный эффект, проблеск порядочности? Шевельнулась грусть: обладай Лиргисо порядочностью, он был бы вполне симпатичным… человеком? энбоно? Впрочем, тогда и события развивались бы иначе, и он сейчас не находился бы в теле Криса Мерлея. Одного Лиргисо добился: если он не вернется, Тина будет вспоминать о нем без злости. Она улетит на Нез, разыщет Стива, сделает операцию в какой-нибудь из рубиконских клиник… Правда, тергаронские киборги значительно превосходят рубиконских. Тина взглянула на свою руку, фарфорово-бледную, с синими зеркальными ногтями. Сойдет и рубиконский вариант. Все будет лучше, чем существовать в таком виде! Но для этого надо, чтобы Лиргисо не вернулся.

Она включила терминал и заказала сетевые новости. Событие дня: катастрофа в Сивииннэ — там внезапно началась «пляска рахады», пострадала пригородная резиденция Ангхту Ме Ано, крупнейшего сивииннэйского землевладельца.

На экране само пространство корчилось и ходило ходуном. Или нет, не пространство. Ожившими смерчами извивались перемычки, содрогалось основание полости, по куполу пробегали волны. Купол то приподнимался, то опускался, почти касаясь крыш ступенчатых темных сооружений, соединенных между собой воздушными галереями. Внизу метались не люди — быстрые черные кляксы. Общий план, подробностей не разглядеть.

Тина догадалась затребовать справку: Сивииннэ — кудонская территория. Значит, кляксы — это кудонцы, похожие на черные кораллы. А что такое «пляска рахады»? Неизученное явление. Одни рахадологи предполагают, что «пляска» — естественная и неизбежная составляющая многовекового жизненного цикла рахады; другие считают, что это аномалия, своего рода болезнь. Предсказывают такие катаклизмы, как правило, заблаговременно, так что всегда есть возможность без спешки организовать эвакуацию. В этот раз прогноз запоздал.

Шум в коридоре.

— Мне велели докладывать, куда я отправляюсь, вот я и пошел доложить! — срываясь на фальцет, кричал Люш. — Босс улетел, Корде в больнице, а она тоже секретарь-референт! Почему к ней никого не пускают?

— Уходите отсюда! — требовал охранник.

Амеик занял позицию перед дверью.

— Эй, Кристина! — новый выкрик Люша. — Я полетел в Сивииннэ, а то события там, а я здесь! Телек смотрели? Наш босс сейчас тоже в Сивииннэ, его пригласили на прием к Ме Ано. И я туда же! Вот и все, я вам доложил! Матерьялец сделаю…

Голос репортера постепенно затихал вдали: наверное, вытолкали из коридора на лестницу.

Лиргисо в Сивииннэ? Уж не он ли все это устроил? Если Ангхту Ме Ано — тот самый кудонский магнат-коллекционер… Или это просто совпадение? Неприятное для Лиргисо, возможно, гибельное… Лучше не увлекаться.

Другие новости. В Нуше продолжаются переговоры между сотрудниками Савайбианского гуманитарного общества и представителем племени, которое называет себя люди цветущей каверны. На прошлой неделе стало известно, что люди цветущей каверны удерживают у себя трех жителей Инегбона — двух мужчин и женщину. Как обычно, пленников используют в качестве рабочей силы, в то время как их близкие собирают средства на выкуп. Савайбианское гуманитарное общество выступает в роли посредника, тоже как обычно. Есть надежда, что через несколько дней похищенные вернутся домой.

«Интересно, ребята… Значит, вот как вы здесь живете? Но тогда я одного не понимаю: чем вы лучше Лиргисо и за что хотите ему отомстить? Вообще-то ясно: когда вы достаете других — это оправдано вашими традициями, вашей религией, вашей пресловутой “доблестью”, но если вас самих таким же образом достали — вот это уже беспредел! Впору объявлять священную войну и громить отель в центре города. И ведь что характерно, словечек “рабовладение” и “работорговля” нет ни в одной из тех подборок, которые я просматривала. Это уже политика савайбианских властей… Если станет известно, что на Савайбе процветает рабство, Галактической Ассамблее сие не понравится. Значит, не будем употреблять такие слова: нет слова — нет и явления. Ребята, почему вы до сих пор живы? Если кудонцы вышибли вас со своей территории, почему люди и гинтийцы не хотят сделать то же самое? Ну, это я тоже понимаю: кудонцев среди вас нет, а людей и гинтийцев — сколько угодно. Договорились… А в сетевых текстах про вас пишут очень корректно, словно боятся обидеть. Словно пытаются задобрить. Неплохо вы тут устроились… Наверняка вам еще и гуманитарную помощь кто-нибудь регулярно подбрасывает, доброхотов в Галактике хватает. Но мстить-то за что? Лиргисо развлекается, как привык, вы живете в соответствии со своим традиционным укладом, а дрянь получается одна и та же!»

В остальных сообщениях ничего любопытного. Вести с плантаций, спорт, галактические новости… «Пляска рахады» в Сивииннэ прекратилась так же внезапно, как началась. По официальным данным, погибших нет, за медицинской помощью обратилось шестнадцать кудонцев, трое гинтийцев и два человека. Пригородная резиденция Ангхту Ме Ано частично разрушена; установлено, что эпицентр находился прямо под ней. Ученые выясняют, почему приборы не зафиксировали никаких признаков приближающегося катаклизма. Интересно, Люш успел что-нибудь заснять или примчался в Сивииннэ к шапочному разбору?

Тина выключила терминал и долго сидела перед ним, прикрыв глаза. Напряженное, почти лихорадочное оцепенение. Как перед взрывом. Если это тело взорвется — не жалко. Она уйдет в пустоту, которая находится по ту сторону реальности. Только там не будет ни Стива, ни Ольги, ни Поля, ни Ли, ни Тлемлелха, ни Джеральда… Никого. Все они останутся здесь.

На табло часов под темным омутом экрана мигали цифры. Уже вечер? Она выпала из потока времени и теперь, очнувшись, не сразу смогла вновь приспособиться к его ритму.