В черном выгоревшем лесу даже звуки умерли, но Саймон слышал позади топот и хруст – враг не отставал. Его поражала живучесть манокарца: столько выдержать, не принимая допинга! По крайней мере, сам он давно бы уже свалился замертво, если б не мейцан. Подумав о мейцане, Саймон ощутил укол тревоги: у него осталось всего три капсулы. Изъятый у Ромеля запас подарил ему несколько дней полноценной жизни, но слишком быстро иссяк. Завтра он израсходует последнее – а потом станет легкой добычей для Шидала. Этот кошмарный тип не отвяжется, месть – тоже своего рода наркотик.

Впереди, за обугленными черными колоннами, как будто виднелись скалы. Саймон прибавил скорости. Там, в скалах, он спрячется… и примет еще одну дозу… а то раны разболелись и дыхание сбивается… кроме того, со скалы можно прыгнуть и разбиться насмерть… если мейцан закончится и никакого чуда не произойдет… он все-таки оставит Шидала в дураках!..

Скалы, так и есть. Невысокие, покрытые слоем копоти. Цепляясь за выступы, Саймон ловко, как обезьяна, полез наверх – и вскоре оказался на неровной площадке примерно три на четыре метра, с одиноким кустиком на краю. Живым, не обгоревшим. С одной стороны высился каменный гребень. С другой громоздились растрескавшиеся уступы, дальше открывался вид на пепелище. У горизонта клубилось черное и багровое, а выше завис целый рой серебристых точек – пожарные машины. Шидал стоял у подножия скалы и смотрел вверх, запрокинув голову. Саймон оглядел площадку: как назло, ни одного булыжника. Его мучила жажда, боль усиливалась. Вытащив три последние капсулы, он проглотил их и обреченно вздохнул – сейчас нет смысла экономить. Вновь поглядев вниз, обнаружил, что манокарец карабкается по скале – медленно, без особой сноровки, зато с леденящей целеустремленностью. Саймон опять начал озираться: он не рассчитывал найти здесь хороший кирпич, но если в мире есть справедливость, пусть ему подвернется небольшой, зато увесистый камешек… Справедливости в мире не было.

Взгляд Саймона задержался на кустике. Тоже сгодится… Он схватился за ветки, однако через секунду со стоном разжал окровавленные руки – шипастая сволочь! Стянув через голову рубашку, разорвал ее на куски, обмотал ладони тканью и выдрал кустик из расселины, а потом швырнул Шидалу на голову. Против ожиданий, манокарец не сорвался.

– …И за это заплатишь!.. – долетел до Саймона сдавленный выкрик.

Саймон обреченно смотрел, как его недруг ползет по скале вверх. Растение зацепилось колючками за куртку Шидала, тот громко и хрипло дышал – но все равно приближался к цели. Внезапно Саймон почувствовал себя лучше; усталость, боль, жажда – все исчезло. Ага, новая доза мейцана подействовала… Поглядев опять на Шидала, он расхохотался:

– Ну и дурацкий у вас вид с этим кустом на спине, ваше превосходительство! Вы бы на себя со стороны… – договорить он не смог – захлебнулся смехом.

– Дозу принял, идиот! – проницательно заметил Шидал, задержавшийся передохнуть на опасно узком выступе. – У тебя еще много осталось?

Ни черта у меня не осталось, спохватился Саймон. Надо удирать, пока есть возможность.

Он полез по уступам наверх. С гребня увидел, что за скалами расстилается саванна с редкими группами деревьев – зеленая, невыгоревшая. На горизонте колыхалась стена густого дыма. Лишь бы направление ветра не изменилось… Спуск оказался достаточно легким, и наконец Саймон растянулся на траве, молясь, чтобы манокарец свернул себе шею. Над саванной расцвел закат, обезображенный черными мазками. Шорох осыпающихся камешков и усталая ругань заставили Саймона вскочить на ноги. Он в панике огляделся, заметил в траве выбеленную солнцем кучку костей какого-то животного, схватил первое, что подвернулось под руку (череп барвирога), – и метнул Шидалу в лицо, едва тот высунулся из-за скалы. Манокарец пошатнулся. Охваченный отчаянием, Саймон прыгнул вперед, лягнул его в пах и вырвал из рук бластер. Манокарец взвыл и рухнул на землю, но все-таки сумел сделать подсечку, а когда Саймон, перекатившись, вскочил – тот уже выхватил пистолет Волынина.

– Он стреляет, кобура водонепроницаемая… – страдальчески морщась, прохрипел Шидал.

Саймон осознал, что находится в незавидном положении: бластер-то он у противника вырвал, но держал за ствол… Отпрыгнув в сторону, укрылся в гроте, который приметил еще раньше, а манокарец спрятался за камнем.

– Что, не нравится, когда бьют?! – крикнул Саймон. – Мне тоже не нравилось!

– Я тебя еще не так буду бить, когда поймаю! – рявкнул в ответ Шидал.

Со стороны заката приближался аэрокар с красным крестом на дверце. Ясно, опять охотники за эксцессерами, а крест – для отвода глаз.

– Вам нужна медицинская помощь? – спросил усиленный динамиком голос.

Примитивная хитрость… Скривившись, Саймон полоснул лучом по окнам машины. Как будто внутри вскрикнули, потом аэрокар набрал высоту и улетел.

– Саймон, сдавайся! – потребовал манокарец.

Осторожно выглянув из грота, Саймон выстрелил на голос. В край валуна, который лежал в нескольких метрах от его укрытия, ударила пуля, выбив фонтанчик каменных осколков.

– У вас нет парализатора, правда? – рассмеялся Саймон – его опять охватила эйфория. – А стрелять в меня из этой штуки вы не станете!

Он заметил, что ветви ближайшего куста качаются, и нажал на спуск, но вместо манокарца на землю упала желтая птица с венчиком на голове. Здесь слишком много кустов, больших камней и гротов: с одной стороны, удобно прятаться, а с другой – враг, несмотря на свою тупость, тоже прячется и выжидает… Вдруг Саймон заметил в небе группу летательных аппаратов, они стремительно приближались. И это не аэрокары, это… боты космического десанта! Шесть штук. На корпусе каждой машины светилась эмблема Вооруженных Сил Ниара.

Сжав рукоятку бластера, скользкую от пота и сочащейся из порезов крови, Саймон с нарастающим беспокойством наблюдал за аппаратами. Что им тут понадобилось? Может быть, у них учения?.. Да, наверное, ведь у военных иногда бывают учения… Господи, пусть это будут просто учения, а не облава на эксцессеров!

Боты синхронно приземлились. Из них высыпали десантники в боевой экипировке – и мгновенно рассредоточились, укрывшись в траве, за валунами, за кустами, за корпусами своих машин. Потом из крайней выкатилось восемь роботов. Они взяли машину в кольцо, после чего над ней возник мерцающий купол. Генераторы силового поля, догадался Саймон.