В ветвях расщебетались птицы. Все вокруг было спокойно и скучно. Катрин глотнула из фляги, шире распахнула курточку, подставляя ветерку шею. Возникли мысли об обеде. Завтрак теперь казался слишком легким.

— Маэл, — внезапно у короля прорезался голос, — мы уже близко. Тебя не затруднит проверить дорогу? Было бы глупо попасться на глаза кому-нибудь у самой цели.

— Конечно, мой король, — сотник пришпорил коня и с явным воодушевлением обогнал телеги.

Король посмотрел ему в спину и покачал головой:

— Маэл один из лучших наших командиров, но всегда ведет себя так, как будто за его спиной уже выстроился строй щитоносцев. Гвартэддиг, прошу вас, двигайтесь вместе с ним. Здесь нужен опытный глаз.

Не соизволив ответить, советник двинулся вперед. Спина его выражала явное презрение и оставалось только гадать, предназначено это чувство всему миру или исключительно претендентке в королевские фаворитки.

— Катрин, вы ничего не желаете мне сказать? — негромко спросил король.

— Хочу, конечно. Мы движемся в столь трагичной тишине, что просто мурашки по коже бегут. Я просто не решалась отвлечь ваше внимание. Вы заметили что погода налаживается?

— Вы весьма наблюдательны. Больше вы ничего не заметили?

— Мне кажется, что и вы, и милейший лорд Гвартэддиг, очень мрачны. Мы ждем засады? Придется отложить обед до ужина?

— Похоже, я уже угодил в западню, — мрачно изрек хозяин Тинтаджа. Он помолчал. Постукивали копыта по каменистой дороге. — Уместно ли говорить с королем как с придурковатым огородником? — продолжил король и голос его звучал на диво сдержанно.

— Неуместно, — буркнула Катрин. — Прошу прощения. Честно слово. Мне стыдно быть столь дурно воспитанной. Наверняка виновата моя рассеянность. Никак не могу понять, зачем мне задают вопрос, ответ на который очевиден.

Король ехал рядом, и его колено временами касалось колена девушки. Катрин напряглась:

— Ваше величество, вы оказали мне великую честь, но…. Слишком ответственная миссия. Земли Ворона мою кандидатуру не одобрят. Я человек взбалмошный и ненадежный. Если у меня когда-нибудь будут дети, я не желаю их с пеленок воспитывать государственными деятелями. Скучно до зубной боли. Я не могу и не хочу быть королевой.

— Ошибаешься. Фехтование, скачки и лихие стычки — забавы для юнцов. Кстати, более отвратительной компании для молодой леди, чем этот ваш Пупок, трудно представить. Но дело не в этом. Существуют настоящие взрослые игры. Насколько они увлекательнее, ты поймешь, когда будешь рядом со мной.

— Вряд ли. Политика не для меня.

— Миледи, вы находитесь на моей земле. Мои предки правили этим миром крепкой и справедливой рукой. Они точно знали, что нужно древнему Ворону. Знаю и я. Советую не забываться.

Возразить на этот совет было нечего.

«Вот поперлась на пикник, как дура. Еще и без Бло. Влипла…»

Их окликнул лорд Фиш с телеги:

— Озеро, мой король…

Катрин постаралась ответить безмятежным взглядом на не обещающий ничего хорошего взгляд самодержца. Король раздраженно послал коня к ожидающим указаний спутникам.

Уединенное озеро покоилось в тесном обрамлении камышовых зарослей и каменистых невысоких склонов. Озеро не превышало размером рыночную площадь, но, по слухам, было бездонным. Черная с прозеленью вода казалась неподвижным стеклом. Отряд направился к развалинам хижины на берегу.

Грубо связанный плот был спрятан в камышах. Шпионы пригнали плот ближе к хижине и полезли на скалы, окружающие озеро. Король отвел им роль дозорных. Сбрасывая с телеги фальшивые мешки, вполголоса пояснил:

— Шпионы полезны мне и Тинтаджу. Но возможно, кому-то они покажутся еще полезнее.

Катрин и неразговорчивый лорд Гвартэддиг промолчали. Маэл осмелился осторожно возразить:

— Лорд Фиш весьма много сделал для Короны.

— Помню. Вопрос — сделал ли он все, что был обязан?

Грузить втроем короткий и непослушный плот оказалось делом сложным. Мужчины, сопя, таскали обгорелое и погнутое железо. Суровый королевский советник давненько не занимался гребным спортом и с трудом удерживал непослушный плот на месте. Катрин сбросила куртку и сапоги и двинулась на помощь. Вода обожгла холодом ступни. Девушка подхватила свободный шест. Гвартэддиг покосился, но отвергать дамскую помощь не стал. Король и Маэл переносили обернутые полотном обломки. Груда до сих пор воняющей пороховой гарью рухляди быстро росла. Наконец, мужчины в последний раз прошлепали по мелководью: