Сара взглянула в зеркало на свое отражение. Вид у нее был ужасный. Но это же просто смешно! Она не беременна! Она умирает! Она взглянула на часы, потом на результат теста. Снова две черточки. Посмотрев на себя в зеркало, Сара заметила, что побледнела как полотно.

— О Боже… Боже мой! Этого не может быть! — воскликнула она. «Я не беременна!» Однако результаты теста говорили обратное.

Сара вышвырнула оба теста в мусор и, сложив руки на груди, прошлась по ванной комнате. Вот это новость — хуже не придумаешь.

— Пропади все пропадом! — громко крикнула она, и в это мгновение в ванную со встревоженным видом вошел Джефф, только что вернувшийся домой.

— С тобой все в порядке? Ты с кем-то разговаривала? — Он подумал, что Сара говорит по телефону. Выглядела она ужасно.

— Нет. Со мной все в порядке, — сказала Сара. Проскользнув мимо него, она вернулась в постель и накрылась одеялом.

— Может, отвезти тебя в больницу? Тебе очень плохо?

— Мне не просто плохо, мне отвратительно! — рявкнула она.

— Тогда едем сейчас же. Не надо ждать до завтра. Тебе, возможно, нужны антибиотики. — Джефф был одним из приверженцев старой школы и все еще считал, что антибиотики способны вылечить все болезни. Он уже целую неделю уговаривал Сару принять их.

— Не нужны мне антибиотики, — сказала она, сердито взглянув на него.

— А температуру ты измеряла? — спросил Джефф. Ему было жаль ее. Бедняжка чувствовала себя отвратительно уже две недели. Это кого угодно может вывести из состояния равновесия.

— Я беременна, — ответила Сара. Не было смысла скрывать это от него. Рано или поздно все равно пришлось бы сообщить.

Джефф уставился на нее, как будто не понял, что она сказала.

— Что?

— Я беременна! — повторила Сара и заплакала.

Джефф присел на краешек кровати.

— Ты это серьезно? — Он не знал, что еще сказать, только видел, что Сара не считает это хорошей новостью. Вид у нее был такой, словно она готова спрыгнуть с крыши.

— Нет, шучу. Я всегда шучу в подобных ситуациях. Конечно, я говорю серьезно. Но как, черт возьми, это могло случиться? Мы всегда предохранялись.

— Не всегда, — честно признался Джефф.

— Ну что ж, не предохранялись только в определенные безопасные дни. Не такая я дурочка, чтобы рисковать. Ты тоже.

Джефф что-то прикинул и вдруг сконфуженно взглянул на нее.

— Думаю, что это могло случиться в ночь после свадьбы твоей бабушки.

— Нет, не могло. Мы сразу же заснули.

— Мы проснулись среди ночи, — поправил он ее. — Я думаю, что ты была в полусне… заметь, я не воспользовался твоей слабостью… мы просто… сделали это… и снова заснули.

Сара торопливо произвела подсчеты и громко застонала. Если бы они планировали зачать ребенка, то более благоприятного времени не могли бы выбрать.

— Я что, совсем разум потеряла? Сколько же я выпила?

— Несколько бокалов вина… и, кажется, много шампанского, — с любовью глядя на нее, улыбнулся Джефф. — Мне не показалось, что ты пьяна, а к середине ночи ты совсем протрезвела… и была так соблазнительна, что я не смог устоять.

— Веселенькая история! — воскликнула Сара и, вскочив с кровати, принялась расхаживать по комнате. — Я, черт возьми, не могу этому поверить! Мне почти сорок лет, и вдруг я забеременела!

— Ты еще совсем не старая, Сара… и, может быть, именно сейчас настало время подумать об этом… А что, если это наш последний шанс? Наш единственный шанс? Может быть, это не такая уж плохая новость? — сказал Джефф. Для него, возможно, это была неплохая новость, но для нее ужасная.

— Ты с ума сошел? Зачем нам ребенок? Мы не хотим никакого ребенка. По крайней мере я не хочу. И никогда не хотела. Я говорила тебе об этом с самого начала. Я никогда не лгала тебе.

— Нет, не лгала, — сказал Джефф. — Но, откровенно говоря, мне хотелось бы, чтобы у нас были дети.

— В таком случае рожай его сам. А я не буду. — Сара металась по комнате с таким видом, будто готова была кого-нибудь убить, предпочтительнее всего его. Но мысленно она винила только себя.