–  После взлета вызови мне тех кто за кадетами и девицами смотрит, - приказал капитан.
– За вашим подозреваемым присматривать, но ненавязчиво, после его выходов при посадках, особенно внимательно. Про наркоманов сам все знаешь, а что до любителей выпить, пусть пьют. Подозреваю, что самой большой нашей проблемой будут дети.

–  Именно, но на их счет как раз никаких мыслей. Не могу я же к каждой девице человека поставить.

–  Не можешь, - Терри задумался.
– М да, слишком давно все было спокойно, рано или поздно эта тишь должна была закончиться. У меня для тебя еще новость есть. Мне сообщили, неофициально, что среди наших гостей есть хозяин "Сонаты".

–  А кто у нас хозяин?
– спросил Гай.

–  Официально господин Сид Шукрах, но я смотрел, среди гостей такого имени нет. Если он на борту, то инкогнито.

–  А как он выглядит?

–  Не знаю. Немолодой мужчина, это все что мне известно.

–  Как же не вовремя мистер Шукрах решил проинспектировать свою собственность, - вздохнул Гай.
– Но знаешь что, я не буду об этом своих людей предупреждать. И ты не дергайся лишний раз. У нас все как надо, ну а что до детишек…

–  Давай решать проблемы по мере их наступления, - закончил за него Терри.

–  Именно, - согласился Гай.
– Ладно, занимайся взлетом, а я еще раз пассажиров просмотрю.

Круизный лайнер "Соната" стремительно покидал одну из самых красивых обжитых планет в этой вселенной. Часть экипажа, не ответственная за взлет, на своей территории отмечала начало нового рейса, пассажиры корабля, перемещались между разноцветными гостиными, знакомясь с кораблем и друг другом. Молоденькие кадеты засматривались на выпускниц школы благородных девиц, радуясь такому подарку судьбы, а девицы, бросая кокетливые взгляды, кто на кадетов, а кто и на мужчин постарше, мечтали о… да о разном они мечтали.

Памела Саммерс переодевалась у себя в каюте к приветственной встрече с гостями, а Саманта, сидела в одиночестве на самой верхней прогулочной палубе и смотрела в стремительно изменяющееся темное небо. Ей было очень плохо. Почти каждую ночь Саманте снился Карлос и почти каждую ночь - Донато. И эти сны мучили ее, Саманта даже сестре боялась признаться что ей нравится сын покойного мужа.

–  У него есть девушка, - убеждала себя Сэм.
– И вообще он мне пасынок, - но почему-то все эти убеждения не действовали. Она думала о Донато Торесе, она хотела увидеть его еще раз. Хотя нет. Лучше уж не видеть, вообще никогда. Да, это будет лучше всего.

Девушка подняла глаза к прозрачному потолку, над ней было бесконечное черное небо с россыпью совершенно безмятежных звезд.

Через три дня после старта капитан объявил экстренное собрание всего коллектива. Не являться имели право только те, кто дежурил или был занят на обслуживании клиентов. В назначенное время в большом зале собрался персонал "Сонаты", больше сотни человек.

–  Добрый вечер, - капитан вошел в зал последним.
– Все на месте?

–  Все, - ответил ему начальник службы безопасности.
– Те кто дежурят в рубке слушают нас через внутреннюю связь.

–  Прекрасно, - Терри присел на край стола.
– Тогда сразу к делу. Как вы уже все знаете, этот наш рейс несколько отличается от предыдущих. И основная наша проблема это двадцать молодых кадетов и двадцать девушек, выпускниц школы благородных девиц.

–  Уж очень благородных, - усмехнулся кто-то.

–  Благородство разве что из всех щелей не прет, - поддержали шутника.

–  Да, - капитан поднял руку, призывая всех к тишине.
– Но мы собрались не для того чтобы обсуждать моральный облик пассажирок. Нам надо решить как должен вести себя персонал, дабы избежать проблем и неприятностей. Для начала, я ввожу полный запрет на тесные контакты с пассажирами. Для всех.

Некоторые в зале зароптали.

–  Повторяю, запрет касается всех, - сказал капитан.
– Это необходимая мера.

–  Капитан, но они же сами лезут, - подал голос один из руководителей горничных.
– Мы же не железные, если молодая и красивая девушка выходит к тебе голой…

–  Блин, везет кому-то, - сказал один из механиков.
– Почему эти голые девки в машинное не заходят.

–  Они же совершеннолетние, - поддержал начальника один из уборщиков.
– И если все по обоюдному согласию, то почему нет?

–  Потому что, черт возьми, - тут поднялся со своего места Гай.
– Родители этих девиц потом вкатят нам огромный иск за совращение их дочерей. И будьте уверены, своих дочек не обвинит ни один из них. Кому из вас хочется в тюрьму?

Никому не хотелось. Люди шептались, но больше не возмущались.

–  Итак, в этом рейсе на тесные контакты с пассажирами полный запрет, - повторил капитан.
– Это касается не только мужчин.

–  А что за кадетов тоже судить будут?
– насмешливо поинтересовался кто-то из женщин. Капитан реплику проигнорировал.