– …бутылочку коньячку, пару пива, – подхватил, цитируя героя Андрея Миронова из «Бриллиантовой руки», Слава Найденов, потомственный донской казак, как он сам себя любил величать, будучи навеселе.

Гена продолжал стоять в позе «я весь – внимание».

– Не слушайте никого кроме меня, Геннадий, – заново взял на себя инициативу Вовка. – Принесите нам «Московской», думаю, литр, да, парни? Ну, раз все согласны, тогда лучше сразу три по поллитра… И огурчиков, всяких солений, балык, нарезочку. В общем, на ваш вкус, Гена. Водка холодная?

– Для вас-то? О чем разговор, товарищи?!

Пашка, Вовка и Олег отмечали с сослуживцами окончание учебы. Накануне состоялась официальная церемония «посвящения» с последующим банкетом.

Пролетело время учебы, и наступил-таки этот долгожданный день. Троица в полном составе, все казавшиеся себе взрослыми, возмужавшими, непобедимыми, вместе с другими, теперь уже бывшими слушателями, поднимались по парадной лестнице «дома № 2», расположенного в центре столицы в районе лубянских строений.

По красной ковровой дорожке через высоченные двери мореного дуба они проследовали в просторный, помпезный зал. Здесь их рассадили на смехотворно маленьких стульчиках, а спустя некоторое время заиграл оркестр, и в зал вошли старшие офицеры госбезопасности, а также несколько убеленных сединой мужчин в штатских костюмах одинаково ладного покроя – ветераны.

Началась церемония вручения удостоверений и погон.

Вечером того же дня новоиспеченные кадровые офицеры КГБ были приглашены на торжественный прием в Кремль. В аванзале Большого Кремлевского Дворца бывших курсантов угощали «Абрау-Дюрсо», маленькими бутербродами с красной и черной икрой, корзиночками с разными вкусными салатами. Ничего изысканнее Пашка доселе не пробовал.

Их предупредили, что на приеме будут присутствовать члены семей командного состава разведки, а также приглашенные сотрудники близких кремлевских управлений и их родственники.

Друзья старались держаться вместе, с трудом заставляя себя пить умеренно и надеялись после приема погулять на славу. Хотелось, переодевшись в гражданское, расслабиться не на виду у множества профессионально любопытных глаз и важных персон из высшего света советской державы.

Неизменно подтянутый, улыбающийся Батя стоял перед ними, облаченный в парадную форму и с бокалом шампанского в руке.

– Спасибо, Леонид Антонович! – ответил за всех Вовка. – Благодаря вашему чуткому руководству…

– Щедринский, отставить лесть! Давайте-ка лучше, товарищи будущие оперативники, оперативно выпьем, а то я только начал свой обход и времени у меня в обрез. Ну, живы будем – не помрем, – Батя поднял бокал и, посерьезнев, громко добавил: – Удачи вам, товарищи!

Красиво осушив бокал кремлевского хрусталя, Батя удалился. Пашка же отправился к фуршетным столам раздобыть закуски, передав Олегу недопитое шампанское.

Гости начали потихоньку расходиться лишь около одиннадцати часов вечера. В какой-то момент Пашка остался один, и тут кто-то дотронулся до его плеча. Обернувшись, он увидел… Катерину. Ту самую, с которой однажды так замечательно провел время в лесу на Оке. Как же это было давно! В другой жизни!

«Что она здесь делает? – озадачился Пашка. – Неужели тоже из наших?».

– Ты? Откуда? Как жизнь? – он почему-то вспомнил, как после ночи, проведенной в палатке на берегу реки, подумывал на ней жениться. Он даже улыбнулся.

– Очень много вопросов, Паша, – серьезно отозвалась Катерина. – Но речь сейчас не обо мне.

Она протянула руку и, взяв его ладонь, что-то аккуратно в нее вложила. Пашка сжал ладонь в кулак. Она кивнула и, наконец, улыбнулась.

– Ты не думай, я в вашей системе не работаю.

– Давно?

– То есть?

– Давно не работаешь? – у Пашки было веселое, боевое настроение. Он чувствовал, как перспектива продолжить общение с Катей радует его. Тем более, он теперь дипломированный «специалист», не то что тогда, в лесу.

– Паша, я серьезно. Я тут по другому случаю. Кстати, если хочешь спросить, имела ли я отношение к конторе, когда мы с тобой целовались в лесу, так и спрашивай.

– Не хочу, мне-то какое дело? – пожал плечами Пашка.

– Не имела.

Кто-то отвлек Пашку, а когда он вновь решил продолжить беседу, то обнаружил, что Катерина исчезла.

* * *

«У нас что, вся страна работает в КГБ?» – подумал он, выходя на улицу.

Ожидая друзей, Павел засмотрелся на купола Архангельского собора.