– Все. Достаточно. Мы увидели то, что хотели. Хотя ты постоянно мешал нам картинами своих совокуплений с самкой. Такое впечатление, что у двуногих это основное занятие наравне с убийством. Сообщаем тебе – ты будешь жить. И продолжишь обучение. Как и твоя самка. Кстати – она вместе с тобой будет тренироваться с нашими воинами, чтобы вы не потеряли физической формы. Тебе будет разрешено иногда выходить на поверхность, чтобы поохотиться на зверей и подышать свежим воздухом – двуногие, как мы знаем, без этого чахнут. Ты пройдешь полный курс обучения псионике, с тем, чтобы тебе можно было наиболее эффективно наносить вред зеленым. Тебе будет разрешено общаться с любым представителем любого Роя и посещать Рои, когда заблагорассудится.

– Могу я узнать, почему вы приняли положительное решение? На чем основывались? Чего боялись? В общем – почему мы могли погибнуть от того, что вы предположительно ожидали прочитать в моей душе? Что вы хотели увидеть?

– Боялись? Того, что ты станешь слишком силен. Что мы обучим своего возможного противника. После того как мы увидели твою жизнь, поняли – существо, перенесшее такие страдания, так ненавидящее рабство и своих пленителей, может быть нам полезно. Ведь его пленители – наши враги. Кроме того, ты не наслаждался убийством. Ты убивал, но не потому, что тебе было приятно убить или ты ненавидел разумных существ за то, что они выглядят по-другому и думают по-другому, а просто для того, чтобы выжить. Это нам понятно. Ты в основе своей довольно добрый человек, наверное, это все-таки воспитание того народа, среди которого ты родился и вырос. Зеленые – другие. Ранее мы не представляли, что двуногие могут настолько отличаться друг от друга. Такое впечатление, что вы похожи только строением тела, и больше ничем. Роям это показалось настолько странным, что мы не ведаем, что сказать по этому поводу. Будем думать. Ты перевернул наше понимание двуногих вверх ногами. Итак, если все ясно – продолжим урок…

Около двух часов Слава летал вне своего тела, слушая наставления Учителя, почувствовав под конец, что уже не может впитать ни бита информации, выстреленной в его сгусток Учителем. Сообщив об этом керкару, Слава получил милостивое разрешение ускользнуть в свое тело и напутствие, гласившее, что продолжение занятий последует завтра, а пока – пусть идут тренироваться вместе с воинами, чтобы не размякнуть и суметь противостоять врагу. Иначе зажиреют на обильной пище, той, которую им предоставили добрые учителя.

Войдя в свое тело, Слава ощутил, как оно затекло, и со стоном повернулся, растирая онемевшие места.

– Ну как ты? – с ожиданием и испугом на него смотрела Лера. – Я тебя тормошу, а ты как мертвый лежишь! Напугал меня аж до посинения! Не хватало мне остаться одной в логове гигантских многоножек! А куда наш «добряк» убежал? Сорвался с места, как гоночная машина, и свалил отсюда! Расскажи, чего ты там с ним делал!

Слава потянулся, растирая ноги, и начал рассказ. Рассказывать особенно долго не пришлось – он пересказал несколькими фразами то, что услышал от керкара, и Лера успокоилась:

– Это самые лучшие вести с тех пор, как я узнала, что можно вынуть эту пакость из наших голов – она постучала по вделанной в череп кнопке-контроллере, – так хочется выйти наверх и подышать свежим воздухом!

– Не сегодня! – раздался голос от занавешенной двери, – и не в ближайшую неделю! – В пещеру вошел керкар, вооруженный полутораметровым копьем со стальным наконечником, – флаер так и кружится над местом вашего входа в систему пещер, они пытаются пробиться через завалы, чтобы сунуть в галереи роботов-поисковиков. В ближайшее время вам нельзя выходить наверх. Следуйте за мной и запоминайте дорогу. Вы должны будете посещать занятия по воинским умениям каждый день, чтобы не превратиться в мягкотелых червей.

Керкар выкатился из пещеры, и они снова понеслись по длинным коридорам. Слава старался запоминать, как вернуться назад, и к тому времени, когда они оказались в нужном месте, на девяносто девять процентов был уверен в том, что запомнил дорогу назад.

Зал, в который они попали следом за своим провожатым, был огромен и напоминал стадион, только под землей. Скорее всего эта пещера имела искусственное происхождение, впрочем, кое-где Слава заметил следы того, что некогда вода приняла активное участие в создании этой огромной полости. Он пришел к выводу, что, наверное, пещера вначале была промыта водой и лишь потом ее расширили керкары, приспособив для своих нужд. А нужды были такие – сотни керкаров в зале мгновенно перемещались, размахивая различными средствами убийства живых существ – копьями, длинными мечами, напоминающими сабли, дубинками. А в дальнем углу сверкали игольные лазеры, видимо, поставленные на минимальный разряд – они не убивали и не калечили, а при попадании наносили лишь небольшой ожог, который быстро проходил при необходимом лечении. Лучи лазеров отражались стандартными зеркальными чашками-браслетами, применяемыми у цивилизации зеленых.

Когда в пещеру вбежали земляне, все присутствующие в ней керкары замерли, как будто охваченные столбняком, потом раздался такой скрежет жвалами, такой стрекот, будто вместе собрались миллионы кузнечиков. Наверное, керкары обсуждали такое вопиющее нарушение всех норм и приличий: двуногие в святом месте – зале тренировок воинов! Как это так?! Что позволяют себе эти наглые существа? Несколько десятков многоножек сорвались с места, бросились к стоящим у входа людям и сгрудились вокруг них, размахивая оружием. Провожатый керкар поднял две передние пары «рук» над головой и так заверещал на весь зал, что те, кто стоял рядом, намереваясь снести башку зарвавшимся двуногим, затихли, склонили головы, как будто в поклоне, и разошлись в стороны. На месте остались только пятеро керкаров, один из которых защелкал жвалами, видимо, что-то бурно говоря своему оппоненту. Провожатый ответил ему, он снова защелкал, и так продолжалось минуты три, пока керкар не сказал на языке зеленых:

– Это предводитель одного из боевых отрядов керкаров. Он говорит, что мягкотелым двуногим не место в пещере, где тренируются воины подземного народа, потому что это место свято, а еще – такие жалкие ничтожные и слабые червяки все равно ничему не научатся, только займут место на площадке. Он снимает с себя ответственность за то, что двуногих случайно могут покалечить могучие воины керкаров, задев своими мощными лапами. В общем, он не желает вашего присутствия здесь и считает вас жалкими червями.