– Марджори…

– Что?

– А ты бы хотела, чтобы я там был?

Она смущенно отвернулась.

– Марджори Джонс! – снова донесся голос из дома. – Сколько раз я тебя должна звать?

И Марджори, так и не посмотрев на Пенрода, пошла по направлению к дому.

– Тебе бы хотелось? – не отставал Пенрод.

Дойдя до калитки, она резко повернула голову и, глядя на него через плечо, сказала скороговоркой:

– Да! Приходи завтра. Я жду тебя на углу. Аккордеон не забудь!

И Марджори побежала домой. А Митчи-Митч махал Пенроду рукой до тех пор, пока не скрылся за входной дверью.

Окрыленный Пенрод шел домой. Он сиял от счастья и вел себя так, точно это шагал не мальчик в сопровождении маленькой собаки, а целая праздничная процессия. Во всяком случае, не всякая процессия в состоянии произвести столько шума, сколько распространял вокруг себя Пенрод. Когда это праздничное шествие остановилось в столовой, вся семья Скофилдов уже сидела за ленчем.

– Проклятие! – взревел мистер Скофилд, хватаясь за голову. – Ты можешь хоть секунду помолчать. Мало мне твоего пения, так ты еще и шумишь! Марш за стол! Нет, сними сначала эту дрянь! – показал он на аккордеон. – Пойди выброси его в помойку. Откуда ты это взял?

– Что взял, папа? – кротко спросил Пенрод, пряча аккордеон за дверью столовой.

– Эту прокля… эту подержанную гармошку.

– Это не гармошка, это аккордеон, папа, – гордо возразил Пенрод. Он заметил, что Маргарет и Роберт Уильямс, которого пригласили на ленч, покраснели.

– Меня не интересует, как ты это барахло называешь, – сказал раздраженно мистер Скофилд. – Я спрашиваю, где ты взял его?

Пенрод обменялся взглядами с Маргарет и прочел в ее глазах тревогу. Она незаметно покачала головой. Пенрод преданно посмотрел на мистера Уильямса. Он, наверное, был бы очень удивлен, увидев себя в зеркале. Сейчас его лицо приняло точно такое же выражение, с каким взирал на него самого Митчи-Митч. А между тем преданные взгляды Митчи-Митча вызывали в душе Пенрода изрядное отвращение.

– Мне дал его один человек, – ответил Пенрод и тут же поймал на себе обожающий взгляд Маргарет. Она откинулась на спинку стула и взирала на брата ласково, как никогда. Его благодетель тоже явно почувствовал себя лучше.

– Наверное, он до сих пор рад, что избавился от этой мерзости, – сказал мистер Скофилд. – А кто это такой?

– Что? – спросил Пенрод, уплетая крокеты из омаров; обилие леденцов, поглощенных в обществе Марджори и Митчи-Митча, ничуть не испортили ему аппетит.

– Кто это такой?

– Ты о чем это, папа?

– О человеке, который дал тебе эту дрянь!

– Да, папа, этот человек дал мне ее.

– Я тебя спрашиваю, кто это?! – заорал мистер Скофилд.

– Да я просто шел по улице и вдруг ко мне подошел человек. Знаешь, это там, где краска на заборе облупилась…

– Пенрод! – в голосе отца послышалась угроза.

– Да, папа?

– Кто тебе дал эту гармошку?

– Не знаю. Я просто шел…

– И ты никогда его раньше не видел?

– Нет, папа. Я просто шел…

– Ну, довольно, – сказал мистер Скофилд и встал из-за стола. – Нет семейства у которого бы не было тайных врагов. Наверное, это один из них. Простите, но я должен идти.

С этими словами он ушел и, ненадолго задержавшись в коридоре, отправился куда-то дальше. Когда же Пенрод после ленча вышел из столовой, аккордеона в коридоре не было.

Пенрод обыскал весь дом. Он даже зашел в библиотеку, где сидел отец с книгой в руке. Мистер Скофилд поинтересовался у сына, что он ищет. Пенрод ответил, что ищет учебник. Он добавил, что, поразмыслив хорошенько, решил даже в летние каникулы каждый день, хоть немножко, заниматься математикой. Это заявление очень растрогало мистера Скофилда-старшего, и он стал помогать сыну в поисках. Учебник он нашел довольно быстро. Знал бы он, что именно удачно завершенные поиски вынудят его ближайшей осенью раскошелиться на новый учебник математики!

Пенрод отправился заниматься на задний двор. Дойдя до цистерны с водой, он осторожно огляделся вокруг. Убедившись, что за ним никто не следит, он сдвинул с цистерны крышку и быстро опустил туда учебник. Книга с плеском ушла на дно, и Пенроду понравился этот звук. Когда он в следующий раз вознамерится потерять свой учебник, даже папа ничем не поможет! Пусть ему помогают хоть все в доме, никто не найдет ничего. Он установил крышку на место и с задумчивым видом вышел на улицу. Герцог хотел последовать за ним, но Пенрод, то кидая в него мелкие камешки, то изображая, что кидает, принудил его остаться во дворе.