Раскуривая трубку, я, перегнувшись через борт, честно поделился нервозностью с Сомовым, дождавшись, когда Данька ловко прижмет уцелевший «Зодиак» к мотоботу.

— Ты просто не привык еще на перехват ходить, — успокоил меня Гоблин, глядя снизу вверх. — Всегда так, брателло… Нормальный человек, который не прочь быть в твоем отношении хотя бы нейтральным, остановится и нормально познакомится. Остальные — вот так… Лучше близко не подходить, если чуйка за пояс держит, тут мы все правильно сделали. Коли по-худому идут, то нервишки у них не выдержат. Главное, чтобы дистанция в этот момент была.

Да какая там чуйка… После подробных рассказов ростовчан о том, как к ним наведывались разведчики-эмиссары, на ломаном английском нехорошо обещая пятнашкам в будущем реальные проблемы, если те не покорятся, вероятность появления со стороны Амазонки именно таких хлопцев перевешивала все другие — как кирпич тетрадку.

— Ну че, командир, прыгайте в лодку, поедем итоги смотреть.

«Клевер» на якоре еле качался на слабой волне возле буя, продолжая контролировать акваторию. Мауреру я с ходу и горячо вставил за самовольное оставление береговой зоны форта без охраны. А если бы из «нашего» рукава реки выскочила скоростная лодчонка и дернула к бухте? Вдруг это был отвлекающий маневр?

Я понимал, что Ули не мог поступить иначе. Шкипер же понимал, что я не могу не высказать претензий. Все всё понимают, елки… как просто жить!

Закинув лопаты, мы погрузились и быстро долетели по почти притихшей, словно испуганной, воде к тому месту, где Мишка останавливал убегающую лодку.

— Зачем они вообще стали уходить вперед? — спросила меня Zicke.

— Да потому что нас растягивали вдоль берега. Удобней бить.

— Сразу понял?

— Нет. Данька! Давай за Кастетом — и пулей сюда!

Люди нужны: дел будет много. Представляю, как Костя там сейчас подпрыгивает: самая война, а у берега ни единого плавсредства. «Королева» не в счет — она пока лишь экспонат, не больше.

Лодка гоблиновского «крестничка» затонула буквально возле берега. Я зашел в воду, зацепил тросовый леер рукой — и мы совместно и без особого труда вытянули легкую китайскую надувнуху на сушу. Побита крепко. И так-то латаная-перелатанная «китайка», я бы на такой своих людей не выпустил, да еще новые дыры… Брать, нет? Возьмем, на лоскуты пригодится. Двухтактник «TOHATSU 18» с удлиненной ногой, такой же, как на алюминиевой лодке, — наверное, на всех трех судах стояли одинаковые двигатели. Думаю, в час он жрет не больше шести с половиной литров. Ни единой дырки, целехонький! Что ж, поработаешь еще, тебя «Королева» ждет. В самой лодке не было ничего ценного — остатки снаряжения где-то в воде, если их уже не унесло на глубину.

На песчаном берегу, ближе к обрезу травы, лежал труп европейца средних лет. Подошли, посмотрели. Невысокий, чуть полноватый. Я поднял и взглянул на кисти рук — признаков частого использования лопаты или пилы не обнаружено, очень плохо.

— Чего интересного на теле?

— «Моторола» старенькая… Мокрая. Пусть Юра смотрит. Фонарь взял, ножик. Личные вещи, обыденка всякая. Небогатый пацанчик.

— А второй?

— Потоп боец, — сожалеюще вздохнул Сомов, — раньше с борта свалился. Его Сухов хлопнул.

Первый раз на моей памяти сталкер назвал пацана по фамилии. Все, приняли.

— У того какой-то гладкий ствол был, нет смысла… — продолжил мысль Михаил. — По ходу, «нарезняка» они всего три штуки имели, два винта и «штурмовуха» на катере.

— Согласен. У этого что конкретно?

— Болтовая лялечка «Sauer Standart 202» под патрон «.308 Win». Без оптики. Кастет студнем заколышется: самая охотничья вещь.

— С патронами как?

— Только то, что на мужчине было, восемнадцать штук, они у меня… Да вон она, пустая, к дереву прислонил пока, на ветерок.

Ага, вижу. Я посмотрел в залив. «Зодиак» уже долетел до середины. Ленни поднялась на террасу, зашла поглубже, осматривается.

— Ну пошли дальше. Про допрос потом расскажешь. Дальнего осматривал?

— Когда? Катер поймали, на берег вытянули — и сразу к вам понеслись.

С террасы на берег мягко спрыгнула моя сильфида.

— Чуваки, там сплошной камень под травой, не годится!

Пш-шш…

— Тео, тут у меня Санджа нырнуть хочет, ты как? По эхолоту двенадцать метров. Я его веревкой обвяжу. Как понял? Давай решай.

Не сомневаюсь, что «Клевер» стоит по месту. Сонар там мощный, современный. А даже битый движок на транце удержит на месте драные остатки лодки, так что на экране будет виден характерный «дракончик». Сашка ныряет и плавает, словно главный герой из фильма «Водный мир», порой хочется проверить его на наличие жабр. Все бадхи такие, водные люди.

Но мне было страшно.

— Что на эхолоте, капитан?

— Да чисто кругом! Ни кильки.

Я представил, как Ули в тот момент машинально ковырял ногтем экран. Он зачем-то всегда так делает, словно пытается вытащить рыбку прямо к пульту управления судном.