В конце концов я перестал пытаться произвести на них впечатление и вполне преуспевал в выбранной профессии. Хотя мне довольно-таки поднадоело это дерьмо под вывеской «Линк красавчик», все остальное было тип-топ.

Ужин продолжался, женщины раскрепощались все сильнее, и я оказался в центре внимания. Конечно, они без умолку болтали о моем сходстве с Линкольном Эймсом. Очень забавляло, что я, Линкольн Эймс, притворялся Джейсоном Форбсом, косящим под Линкольна Эймса. Когда клуши начали кудахтать, что я поменьше и не такой мускулистый, как Линкольн Эймс, я даже изготовился скинуть рубашку, чтобы прояснить этот вопрос, но тут Дельфия заявила, что настало время сеанса.

Я взглянул на Дарси, и она ответным взглядом приказала мне сохранять спокойствие.

Не проблема. Легко. Вокруг меня вились четыре изголодавшиеся по любви бестелесные красотки, а шестеро реальных дамочек смотрели так, будто я – единственный мужчина на земле. Я две недели не встречался со своей подружкой и теперь должен «сохранять спокойствие». То, что доктор прописал!

У двери в столовую Дарси взяла меня за руку, и я тут же начал успокаиваться. К тому времени как мы заняли свои места вокруг стола в библиотеке, я уже приготовился вытянуть ноги и задремать.

Но мое спокойствие длилось недолго, поскольку смех, который приходилось сдерживать внутри себя весь следующий час, угрожал отправить меня в полет до самого потолка.

Дельфия вела сеанс своим потусторонним голосом. Каждая из шести фифочек за столом хотела связаться с кем-то из загробного мира.

Ради Дарси – не меня – они по очереди рассказали, с кем хотели бы поговорить и почему. Судя по словам, единственной причиной желания установить связь с умершим являлась любовь. Глубокая, глубочайшая любовь.

Дарси в свой черед заявила: «Я просто хочу узнать, куда он спрятал драгоценности». И все рассмеялись. И то, как они хихикали, убедило меня, что у женщин имелись свои низменные причины пытаться связаться с духами.

Одна из вышколенных служанок принесла поднос, на котором стояли крошечные рюмочки с зеленым ликером. Мы все взяли по одной, но когда я потянулся за своей, то увидел, что Дарси смотрит на меня. «Нет, – казалось, говорила она. – Ничего не пей». Поставив рюмку на место нетронутой, я перехватил хмурый взгляд Дельфии.

Спустя несколько минут после того, как дамы опустошили свои наперстки, они обмякли. Наверняка, их одурманили, чтобы сознание оставалось затуманенным в течение предстоящего шоу. Свет был притушен, мы взялись за руки. Шоу началось.

И это было отпадное шоу. Самое неудачное из всех провальных представлений, которые я когда-либо видел. Дельфия позвала своего проводника в мире духов, но ничего не случилось. Она посмотрела прямо на полку с книгами, где, как я знал, находился неработающий проектор, и нахмурилась. «Может, следует рассказать ей о ботоксе», – подумал я.

Мы сидели в потемках уже сорок минут, но вообще ничегошеньки не происходило, и меня душил смех. Скорее всего, когда Дельфия разберется, что случилось с ее оборудованием, то сразу поймет, на кого кивать. Но ни к чему портить вечер, печалясь о завтрашнем дне.

– Сегодня я ничего не слышу от духов, – наконец в отчаянии проскрипела Дельфия, похоже, готовая распустить группу.

Дарси крепко держалась за мою руку.

– Возможно, Нарцисса могла бы попытаться, – пролепетала она.

– Я? – всхлипнула Нарцисса, и готов поклясться, что она с трудом сдерживала смех. Пышечка, должно быть, знала о проекторах и проводах, и поняла, что Дельфию подвела аппаратура. – Я ведать не ведаю о загробном мире.

– Но иногда слабым духам… В смысле, я читала, что иногда слабым духам нужно использовать чье-то тело. Порой им не хватает собственной силы, чтобы нам показаться. Возможно, если бы в этой комнате находились какие-то слабые духи, они сумели бы вселиться в твое тело и говорить через него.

Все за столом уставились на Дарси, будто она спятила. Находясь под воздействием наркотика, счастливые женщины стеклянными глазами пялились на Дарси, не понимая ее слов. Дельфия неодобрительно хмурилась – но с другой стороны, она, казалось, ко всему подряд относилась неодобрительно. А пухлая маленькая Нарцисса выглядела так, будто хотела убежать при одной мысли о том, чтобы пустить посторонний дух в свое тело.

– Они могли бы попытаться, – громко настаивала Дарси, глядя в пустое пространство над левым плечом Нарциссы. Наверняка, Дарси имела в виду четырех красивых девушек-рабынь.

В следующую секунду Нарцисса переменилась. Годы, казалось, слетели с нее, женщина наклонилась ко мне и вперилась вожделеющим взглядом.

Я не смог удержаться от непроизвольной реакции отвращения. Дарси сильнее стиснула мою ладонь и послала мне мысленную команду держать себя в руках.

– Я хочу его, – простонала Нарцисса страстным, сексуальным голосом. – Я так долго ждала.