– Мне очень жаль, – ответил Рэрун, – но у него не было возможности привести подмогу. Драконы из подземных глубин вылезли на охоту в пещеры. Один из них смертельно ранил вашего человека. Тот сумел пройти еще довольно много и выбраться на склон горы, где мы и нашли его тело. Тогда мы поняли, что должен существовать потайной ход в монастырь, а поскольку нам нужно было сюда попасть, мы пошли по следу монаха.

Сердце Кантаули кольнуло разочарование. Он глубоко, медленно вздохнул, смиряя и подчиняя воле это чувство, как учил Ильматер, чтобы не дать ему превратиться в разлагающее душу отчаяние.

– Очень печально, – сказал он. – Мы немедленно отправим другого посланника.

– Не стоит беспокоиться, – бросил Дорн. – Никто не придет.

Кантаули вскинул голову.

– Надеюсь, что вы ошибаетесь. Сам король покровительствует нашему ордену.

– Гарет Истребитель Драконов мертв, – заявил полуголем, и послушники потрясение загомонили. – Орки Ваасы и бесчисленные драконьи налеты опустошают Дамару. Ваша знать и рыцари заботятся лишь о том, как бы защитить собственные поля. – Он помедлил. – Мне жаль, но это правда.

На этот раз Кантаули было еще труднее скрыть смятение, но он постарался – на него глядела паства, нуждающаяся в его предводительстве.

– Печально слышать, – ответил он.

– Не все новости так плохи, – вмешался Рэрун. – Мы уничтожили драконов, убивших вашего посланника. Путь наружу свободен. Те, кто пожелает, могут покинуть крепость.

Дорн уставился на друга, словно Рэрун только что совершил какую-то подлую измену. Но маленький беловолосый воин твердо встретил его неприязненный взгляд.

– Они имеют право знать, – проронил карлик.

– У нас тут есть и другие гости, кроме вас, – сказал Кантаули, – путешественники, оказавшиеся в ловушке, когда появились драконы. Возможно, они захотят уйти. А также послушники, которые еще не принесли последних обетов. Но мы, монахи, дали клятву защищать это святилище, и мы останемся.

«До конца. Поскольку у них, похоже, нет шансов, и все они отдадут свои жизни как мученики». В глазах Ильматера нет служения более угодного, но, несмотря на это, Кантаули было горько сознавать, что крепость, которую его предшественники защищали от бесчисленных врагов, падет, сражаясь под его началом. Кане, подумал он, остался бы и сам отстоял бы храм, а если бы не мог, нашел бы кого-нибудь. Того, кто мог бы победить драконов.

– Это хорошо, что вы остаетесь, – буркнул Дорн, – потому что нам надо сдерживать драконов, пока наши друзья Кара и Шатулио закончат здесь свои изыскания. Я вам объясню, почему змеи осаждают монастырь.

Он излагал факты прямо и кратко, словно колол дрова. Но, наверное, именно отсутствие литературных красот придавало его речи убедительность, и какой бы странной ни казалась эта история, Кантаули понял, что верит в нее.

– Святые вечные слезы, – пробормотал он.

– Да, – добавил Дорн, – цена вашего поражения выше, чем вы думаете. От вас зависит судьба всего Фаэруна, даже если никто об этом не знает.

– Мы умрем все до одного, – пообещал Кантаули, – чтобы дать вам время отыскать то, что нужно.

Дорн сплюнул.

– Вы сомневаетесь в нашей храбрости? – нахмурившись, поинтересовался Кантаули.

– Нет, – проворчал полуголем. – Я видел, как смело ваши монахи дрались в недавнем бою. Но ваша задача не идти на убой, а самим убивать поганых тварей.

– Что вы имеете в виду?

– Вы должны драться лучше.

Кантаули всю жизнь старался развивать в себе скромность, как советует вероучение Ильматера, и все же уязвленная гордость взыграла в нем.

– Монахи Желтой Розы считаются весьма сведущими в воинском искусстве.

– Вы хороши поодиночке, но в этом-то все и дело. Каждый монах дерется так, словно он единственный защитник этих стен.

– Наша философия боя учит воина брать на себя всю полноту ответственности, даже в схватке с численно превосходящим противником, атакующим его со всех сторон.

– Может, против тварей помельче ваша философия и работает, – возразил Дорн, – но единственный способ сражаться с драконами – это действовать в команде. Я покажу вам тактику.

– Кроме того, – добавил Рэрун, – мы научим вас, куда надо бить, чтобы причинить драконам максимальный вред, и как понять, что они готовы дохнуть огнем или развернуться, объясним, когда к ним лучше приближаться и когда отскакивать… всяким таким штукам. Это очень важно.

– Вы задержите драконов, – закончил Дорн, – и сумеете пролить больше их крови. Это все, что мы можем обещать.

– Этого достаточно, – поклонился Кантаули. – Это великий дар.

Дорн бросил на него сердитый взгляд: