— Те, что на севере, пьянствуют и хулиганят, а те, что в городе, ворчат. Против своих они не пойдут, государь.

— Макнилл, бери своих людей и отправляйся к северным воротам. Пусть люди спешатся и займут места на стенах. Кто там сейчас?

— Городские ополченцы и их много! Они боятся, что горцы войдут в город и устроят погром.

— Отлично! Поезжай! Первым не стреляй! Черч, жди меня здесь.

— Слушаюсь, государь!

Офицеры отсалютовали мне, и я наконец-то добрался до дома Тудора.

Слух о моем приезде достиг сьеров, и они встретили меня уже в дверях.

Тудоры, Жасс, Гринвуд, Пирс, Фостер и епископ Симон.

Я увидел неподдельную радость на их лицах и облегчение.

В большой комнате у горящего камина за столом мы сели, и наш совет начался.

— Сколько горцев на северном берегу?

— Около шести тысяч, и еще прибывают.

— Чего они хотят?

— Они просят открыть ворота и пропустить их на юг, государь!

— Они хотят, переселится в теплые края?

— О, нет! — улыбнулся Фостер — К городу явились только мужчины и вожди кланов. До наступления зимы они думают пограбить аристократов и крестьян на юге и вернуться домой с трофеями. Добыча, что принесли наши пехотинцы, здорово разожгла их пыл!

— И, конечно, им наплевать на то, что, на юге до самого Шелл теперь живут мои вассалы?

— Совершенно верно, государь.

— Пришли все южные кланы?

— Все, государь.

— Редкое единодушие…

— Среди них заметили священников, что живут в их поселениях…

— Отец Симон, что вы можете сказать об этом?

— Большинство священников в кланах рукоположены епископом Хагерти, и по старой памяти они подчиняются ему. За полгода ситуация не смогла существенно измениться…

— Я так понимаю, что повлиять на них вы не можете?

— Могу, конечно, но не в этой ситуации…

— Жасс, надежны ли пехотинцы?

— Офицеры утром доложили мне, что ушли с оружием в руках и не вернулись около четырех десятков воинов. Те, что в монастыре, собираются в кружки и совещаются. Команды они выполняют, но рассчитывать на них против южных горцев не стоит.

— Кто надежен?

— Три роты арбалетчиков, латники капитана Гринвуда и городское ополчение…

— Может быть, государь, вам обратиться к вассалам и поднять рыцарей?

— Это предложение, Гринвуд, не подходит. Бросить рыцарей на горцев? Но прежде их нужно собрать! А когда соберутся вассалы? Разослать гонцов сейчас, но вассалы придут не ранее, чем дней через десять! За это время моя пехота разбежится, а южные горцы опрокинут горожан и устроят здесь резню?! Времени нет, Майлз! Кто говорил с Бойдом?

— Я с ним говорил три дня назад, государь.

Сумрачный Элар Тудор на мгновение потупился, но поднял глаза.

— Этот горец просто безголовый! Он слышит только себя, а слова других людей для него пыль!

— Чего он хочет?

— Чего хотят все, государь — власти, денег, побольше эля и толстых девок!

— Нет, Элар, этот горец не так прост, как кажется… Что скажешь, Пирс?

— Отсидеться можно до зимы и холодов. Укрепления горцам не взять. Они захватили два обоза с железом из Хаббарда, но у них нет осадных машин, и некому их для них сделать… Начнутся холода, и они сами вернутся по домам.

— А где мессир Мадзини?

— Он в Хаббарде…

— Там имеются готовые бомбарды и порох?

— Да, государь…

Уважаемые сьерры мрачно переглянулись. До них дошло, что дело приобретает совсем дурной оборот.

— Я поговорю с Бойдом сам.

Оставив сьеров совещаться далее, я поехал в монастырь.

Караульные окликнули меня у ворот. Гвен назвал пароль, хотя все меня узнали.

Ко мне явился дежурный офицер Макгайл младший, и я приказал построить людей во дворе.

Сидя на коне, я ждал, пока мои пехотинцы встанут двумя квадратами. Горели, потрескивая, факелы в руках сержантов.

Воины выстроились без оружия. Со мной рядом был только Гвен. Остальные его люди остались за воротами.

Макгайл доложил, что все построены.

— Горцы! Я приехал сюда сейчас не для того, чтобы пожелать вам доброй ночи!

(Смех в строю) И не для того, чтобы пообещать кучу денег! И не для того, чтобы вести вас в бой против ваших братьев!(Напряженное молчание) Здесь есть люди из клана Макинтайр?