Бальсу продолжало мотать на излучинах и перекатах. Но под умелым руководством шестерых плотовщиков она уверенно огибала самые опасные водовороты и быстро приближалась к стене леса, которая мелькала внизу, между крутыми берегами. Солдаты приободрились и теперь дружно ухали, проваливаясь с бальсой в водяную яму или взлетая на буруне. Плот трещал, скрипел, изгибался словно гигантская толстая змея, однако рассыпаться вроде не собирался.

Кетуку даже стало нравиться такое путешествие.

Но тут скалы внезапно расступились, и река выпала в обширное озеро с поросшими лесом берегами. Шипя, последний водоворот отпустил бальсу, и она медленно, подталкиваемая глубинными потоками, поплыла вперед. Вокруг бурлили мутные потоки, постепенно успокаиваясь. Кетук опустил в воду руку, но Синчи ударил по ней:

– Осторожнее! Думаешь, там никого нет?

Кетук глянул назад – из теснины вырвался на простор еще один плот, окруженный целым скоплением деревянных обломков. А между них виднелись головы людей, в спешке пытавшихся добраться до ближайшего клочка суши. Тем, кого относило на глубину, с полуразвалившейся бальсы кидали веревки.

– Только бы с ламами выдержал, – проворчал Унако.

Все предыдущие плоты, направляемые воинами с шестами, уже причаливали к ровному участку берега, более-менее свободному от деревьев из-за россыпи мелких скал. Приглядевшись, Кетук заметил яркие наряды сапаны и его боевой свиты. С другого плота согнали животных, которые пронзительно блеяли и вертели короткими хвостами.

Там уже разводили костры, чтобы просушить одежду военачальников и отогнать гнус. Кажется, здесь его было куда больше, чем в месте отплытия.

– Надолго встаем? – тревожно спросил Кетук.

– Не думаю, – покачал головой пращник. – Передовой отряд в тысячу человек отправится уже сейчас, остальные подтянутся через шестицу и нападут, если у первых не заладится.

– А Кумари будет с первыми?

– Естественно! Сын Солнца любит мечом помахать и пару голов срубить. Как без этого?

Под умелым управлением плотовщиков бальса постепенно приблизилась к стоянке, но солдатам разрешили сойти на берег только на короткое время, чтобы оправиться в зарослях колючего бамбука и оставить свои вещи. Тут же десятники окриками стали сгонять их обратно, заодно проверяя у каждого военное снаряжение. Кетук убедился, что дротики все при нем, а также щит и палица. Плащ он решил надеть, чтобы меньше отвлекаться на насекомых, на голову также напялил вязаный шлем. А вообще он заметил, что кожа на открытых местах как будто огрубела и просто саднила, почти не отзываясь болью на жалящие укусы. Или это так сказывалось волнение перед битвой с лесными людьми?

Времени бояться предстоящего сражения не было. Три десятка солдат затолкали на бальсу, и она тотчас отчалила от берега, чтобы освободить место прибывающим сынам Солнца.

На носу плота устроился седой музыкант с флейтой и барабаном, до этого плывший вместе со жрецами.

За непрерывным гвалтом, криками и близким гулом воды почти не было слышно звуков леса, а ведь Кетук надеялся узнать, как звучит рев пумы! Сидя на скользких бамбуковых палках, с дротиком наготове, он подумал, что за всей этой суетой может так и не понять, что еще есть в лесу, кроме гнуса.

– Ураган приближается, – озабоченно сказал пращник, оглядывая пасмурное небо. При этом он оглаживал широкой ладонью пояс, набитый боевыми камнями – каждый размером с половину кулака.

– Как ты догадался?

– В прошлом году нас застал, такой же воздух тогда был. Чувствуете, тяжело как дышать? Сыро, и обезьяны молчат.

– Разбежались, – хмыкнул Синчи.

– Они людей не боятся… Нет, точно вам говорю, будет буря. Если на реке застанет, не выживем.

Плавать в отдалении от берега пришлось не очень долго, хотя воины все равно успели устать от безделья. Десятники два раза заново выстраивали их на бальсе, располагая в два ряда. Первым уселись пращники, которым предстояло ответить камнями на тучу вражеских стрел, за ними пристроились Кетук и другие с палицами и дротиками. Это оружие они пустят в ход уже на берегу, если лесные люди не будут к тому времени уже рассеяны.

Наконец бальса с передовым отрядом под гром барабанов и визг флейт, провожаемая слаженным ритуалом жрецов, выстроившихся на берегу, направилась к истоку реки. Здесь перепад высоты был совсем не так велик, и плавание происходило без особых затруднений. Берега быстро разошлись в стороны, дав Солнцу возможность осветить поток.

Сидя на скользких бамбуковых палках, Кетук изо всех сил всматривался в густые заросли и вслушивался в голоса зверей. Но звучали они как-то приглушенно, словно животные и в самом деле чувствовали приближение урагана.

Иногда на берегах попадались огромные крокодилы, которых Кетук раньше видел только на глиняной посуде. В жизни они смотрелись не так страшно, поскольку не спешили разевать пасть. Но угодить такой твари на закуску… Никто из пращников и не думал забрасывать их камнями, сами крокодилы тоже лишь провожали сынов Солнца ленивыми взглядами.

В мутной, грязно-желтой воде тоже кто-то гнездился. Иногда по поверхности реки скользил небольшой бурун и мелькала чья-то блестящая спина, моментально исчезавшая в непроглядной мути.