Джессика схватила бокалы с шампанским у проходящего официанта и раздала им.
– Давайте найдём наш столик. Не могу дождаться, чтобы увидеть, где наши места.

Триш закатила глаза, но при этом улыбнулась.

Эмбер шла более медленным шагом, принимая во внимание весь её опыт. Она никогда не ходила на все эти благотворительные мероприятия раньше. Она обычно высылала только чек по почте, на любую благотворительность, которой она желала помочь. Но здесь… здесь всё было таким роскошным.

Она обратила внимание, что они всё дальше углубляются вглубь толпы, направляясь вслед за Джессикой. Её подруги остановились у стола находящегося в непосредственной близости от сцены.

– Это не может быть наш стол, - сказала Эмбер тихим голосом, когда она достигла своих подруг.

– Это он, - ответила Джессика, весело поднимая свою именную карточку со стола, зарезервированного для них. Эмбер опустила свой взгляд и увидела её имя.

– Так откуда ты достала билеты?
– спросила она Триш.

Триш только пожала плечами.
– Я же сказала тебе, что они были подарком.

Эмбер прищурила глаза и посмотрела на свою подругу, но Триш только пила своё шампанское маленькими глотками и улыбалась.

Эмбер вздохнула и села на своё место. Это не выглядело, как если бы она получила больше чем, нежели её подруги от неё. Джессика и Триш заняли места по обе стороны от неё. Эмбер попробовала свой напиток в первый раз. Он был охлажденным и стекал по горлу, как жидкое золото, замечательный напиток.

Она фактически рассмеялась от своих мыслей. Конечно же, так и должно быть. Она увидела жену мэра здесь. Так же, как и многих других женщин, которые были столь так же известны. Чувства, не принадлежащие толпе, нервировали её. Даже взрослее с большинством присутствующими здесь женщинами, Эмбер чувствовала себя изгоем, посторонним лицом.

– Вы взяли свои чековые книжки, я права?
– спросила Джессика, толкая её локтём.

Эмбер кивнула и сделала большой глоток шампанского.

– У меня предчувствие на сегодняшний вечер, - прошептала Джессика.

– И у меня.
– Ответила Эмбер скромно. Только Эмбер была уверенна, что её предчувствие не были такими хорошими, как у её подруг.

Мигание света, стало для всех сигналом занять свои места. Джессика указала жестом официанту, что нужны ещё напитки. Эмбер с благодарностью допила свой и обменяла его на новый. По крайней мере, здесь были хорошие напитки.

Аукцион начался с приветствия жены мэра и выступления члена коллегии детской больницы, которая и получит все деньги с благотворительного аукциона.

Обе женщины предложили делать большие ставки. В конце концов это было для детей.

Джессика была явно взволнована, поскольку торги начались. Она предлагала цену за первых двух холостяков, не выиграв не одного.

– Я думаю, что ты должна подымать цену выше, если хочешь выиграть, - сухо прокомментировала Эмбер.

Джессика откинула назад голову и рассмеялась.
– О, дорогая, это только практика. Я получу своего мужчину к концу вечера.

Эмбер рассмеялась и посмотрела на Триш. Но Триш только перекинула свои волнистые волосы через плечо.
– Я берегу себя для подходящего мужчины.

Удивившись, она продолжила веселиться. Следующие два холостяка шли за ещё более высокую цену, и за которых Джессика и Триш торговались. Три подруги рассмеялись, когда Триш в последнюю минуту перебила цену.

Джессика держала официанта возле себя с её четвёртым бокалом, Эмбер была готова действовать. Она несколько раз предлагала цену, но её подруги не позволили ей подымать цену выше.

– Предполагалось, что я должна выиграть сегодня!
– дразня сказала Эмбер.

– Мы должны увидеть, кто ещё здесь есть. Ты не когда не можешь знать, кто мог бы приехать и выйти на сцену, - ответила Джессика.

Эмбер подняла свой напиток, когда объявили о следующем холостяке. Она наклонилась к Триш, чтобы прошептать, но тут объявили имя холостяка.

– Томас Болдуин.

Эмбер подавилась своим шампанским, и Джессика постучала её по спине.

– Ты в порядке?

Эмбер кивнула, уставившись на мужчину в чёрном смокинге, который спускался по узкой платформе. Она пропустила то, что было сказано о нём, совершенно захваченная его видом.

Он подходил к их столику, улыбающийся толпе, и Эмбер чувствовала своё учащённое сердцебиение. Как он мог выглядеть так горячи? Удивлялась она. Это поистине не справедливо.