Как бы девчонка не вздумала разреветься… Орешек наполнил кубок.

–  Прошу тебя, светлая госпожа, выпей вина и успокойся. Я понимаю твои благородные чувства… и надеюсь сделать твою ношу хоть немного легче…

Девушка подняла голову. В уголках глаз дрожали слезинки, но взгляд снова стал колючим.

–  Какая галантность! Интересно, мой господин вел бы себя так же, если бы вместо меня на этой скамье сидела Авизана Чистая Вода?

Новая загадка? Что прикажете отвечать?

Девушка заметила недоумение собеседника.

–  Только пусть Сокол не притворяется, будто забыл женщину, благодаря которой стал Хранителем этой крепости! Что ж, кажется, Орешек догадался, как надо себя вести.

–  Конечно, помню!
– бодро откликнулся он и поднял кубок, который все еще держал в руке.
– С благодарностью выпью за ее здоровье!..

И тут же понял, что допустил ошибку, - таким презрением сверкнули зеленые глаза.

–  Вот теперь ты настоящий, господин мой! Вот она, истинная цена твоей любезности и хорошим манерам! Насмехаться над несчастной женщиной, чью жизнь ты сломал!

Орешка точно дубиной по голове шарахнули. Надо ж быть таким горелым пнем, такой дубовой бадьей - забыть рассказ языкастой служаночки о том, что Ралидж изнасиловал Дочь Рода, за что и был изгнан в эту глушь!

Но Волчицу надо срочно усмирить. У него хватает трудностей и без этой разъяренной зверушки…

Дальнейшее стоило Орешку огромного внутреннего усилия: пришлось заставить себя прикоснуться к высокородной госпоже. Парень сказал себе, что все это - лишь сцена из спектакля, а девушка - его партнерша-актриса.

И сцену эту способный ученик великого Раушарни провел отлично.

Он положил руки на плечи девушки и встряхнул ее. От неожиданности Арлина сжалась. Лицо этого странного мужчины исказилось в усмешке, похожей на гримасу боли.

–  Что?
– негромко сказал он новым, страшным голосом.
– Трудно выйти замуж за распутника, убийцу и негодяя? Ничего, ничего, не стесняйся, я и не к таким кличкам привык! А ты подумала о том, каково приходится человеку, который почти мальчишкой наделал глупостей, а потом всю жизнь расплачивался за них? Человеку, которому приписывают чуть ли не все мерзости, совершенные в Грайане? И не оправдаешься, не отмоешься… и чем дальше, тем длиннее и тяжелее хвост грехов, который тащится за тобой, как цепь за рабом… и хочется махнуть на все рукой падать все ниже и ниже… все равно для всех ты подонок и мразь, даже для своего Клана…

Он шагнул прочь, рухнул на скамью и спрятал лицо в ладонях.

Арлина беспомощно потерла виски.

–  Приписывают?
– в смятении спросила она.
– Значит, мой господин не делал того… того… что…

Ее собеседник убрал руки от лица и с достоинством встретил недоверчивый взгляд девушки.

–  Кое-что сделал, не отрицаю, - сухо сказал он.
– Кое-что домыслила молва. А бывало, я брал на себя вину приятелей. Ведь то, что для Сына Клана - скверная шалость, для прочих - преступление. И расплата разная. Как же было не выручить тех, с кем пил и веселился?

–  Но Авизана…

–  Что - Авизана? Неужели она рассказала бы отцу, как сама прибегала ко мне? А я… даже если бы я унизился до оправданий, кто поверил бы человеку с моей репутацией?

–  Значит… значит, на тебя наговаривают… ну, например…

Щеки девушки густо покраснели, и Орешек догадался: она перебирает в памяти слышанные о Ралидже сплетни, ищет самую пристойную, чтобы говорить о ней без смущения. Парню стало весело. «А румянец ей идет! Арлина… Стало быть, Золотой Цветок… Нет, имя для нее слишком пышное. Больше подошло бы Ферлина Лесной Цветок… Славная дикарочка…»

И тут «славная дикарочка», собравшись с мыслями, сказала нечто такое, что выбило у Орешка землю из-под ног:

–  Среди прочего мне рассказали о таком случае… Не то в Аршмире, не то в Ашшурдаге… словом, в каком-то портовом городе… Ралидж Разящий Взор в сопровождении слуг проезжал верхом по улице. Бродяга, чуть не угодивший под копыта, крикнул вслед всаднику что-то дерзкое. Ралидж остановил коня, велел слугам схватить бродягу и тут же, у себя на глазах, насмерть забить плетьми. Никто не посмел вмешаться - ни прохожие, ни стража. Я хочу знать, что в этой истории правда, а что…

Арлина осеклась, увидев, как разом осунулось, посерело лицо ее собеседника. Взгляд стал тусклым и мертвым, руки вцепились в край столешницы. Девушке показалось, что перед ней совсем другой человек… или что он резко сбросил маску. Нависло тяжелое молчание.

–  Да, госпожа, - нарушил тишину хриплый голос, - такой случай действительно был. Жалкий уличный оборванец поплатился за неуважение к Клану. Впрочем, если судьба этого бродяги волнует тебя, можешь успокоиться: он остался жив!

Молодой человек вышел из-за стола и, не сказав больше ни слова, покинул комнату.