Справа потрясала опустевшими кошельками Волчица:

–  Видишь? Нет, ты видишь? Это ты нам устроила! И что теперь делать! Милостыню клянчить? Прохожих грабить? Сбегать к нашему Хранителю и взаймы попросить? Широко пируешь, моя милая, дорого твои развлечения обходятся!..

Наемница сидела, уткнув лицо в ладони и зябко поводя широкими плечами. Она не возражала ни словечком, понимая справедливость упреков. Не стерпела лишь тогда, когда Айфер бухнул:

–  И с чего по такой драчливой кобыле хороший человек сохнет, сам дарнигар?..

Вот тут Аранша вскинулась, словно ей за шиворот сунули пучок крапивы:

–  Ты что ляпаешь, бычара безмозглый? Дарнигара к чему приплел? Госпожа, скажи, чтоб он не бренчал, не то я ему язык узлом завяжу!

От удивления Волчица заговорила почти мирно:

–  Ой, только дурочкой не прикидывайся! Можно подумать, ты не догадываешься о чувствах почтенного Харната! Вся крепость знает, а ты не знаешь, да?

Серые глаза Аранши распахнулись на поллица.

–  Я… да… нет…

Айфер хохотнул, а госпожа развела руками:

–  Ты как маленькая, клянусь Безликими! Да когда вы уходили подземным ходом… помнишь, колдуна ловить… Харнат зубами скрипел от тоски, только тебе вслед смотрел, остальных и не видел…

–  Давно все об этом говорят, - веско закрыл тему Айфер.
– Тоже мне новость!

Аранша притихла. Услышанное заставило ее забыть недавние горести. Харнат Дубовый Корень всегда был для нее отважным командиром, грозным воителем, за которым можно без колебаний идти в бой. Наемница вспомнила, как рыжебородый исполин орудовал тяжелым топором, с одного удара проламывая черепа Подгорных Людоедов. Такой воин уступит разве что Хранителю… ну, Хранитель - тот вообще непобедимый герой, с ним и равнять-то некого…

И вдруг оказывается, что дарнигар сохнет по ней, Аранше!.. Да нет, с чего бы это? Что в ней такого особенного? Простая девчонка из рыбацкой деревушки… ну, мечом немного махать умеет… Небось дурак Айфер повторяет, что от Перепелки слыхал, а та - свистушка известная. Да и госпожа чего-то напутала…

Смятенные размышления Аранши были прерваны появлением в комнате круглолицего улыбчивого человечка. Тот по-грайански поприветствовал всех присутствующих, но после этого уже обращался лишь к Айферу.

Оказалось, человечек был прислан Харшум-дэром, устроителем зрелищ. Каждый год почтенный Харшум-дэр проявляет чудеса изобретательности, чтобы порадовать чем-нибудь Светоча, знатных и богатых столичных жителей, а заодно и многочисленную чернь. Имя Харшум-дэра известно каждому в Нарра-до, и все с нетерпением гадают, каким новым развлечением одарит он город. Харшум-дэр узнал о вчерашнем происшествии в «Грайанской харчевне» и теперь устами своего слуги просит уважаемого чужеземца сказать: не владеет ли его женщина мечом так же хорошо, как и кулаками?

Аранша, с недоумением прислушивавшаяся к разговору, вспыхнула и хотела что-то сказать, но Арлина предостерегающе тронула ее локоть.

Айфер, ухмыляясь во весь рот, сообщил, что Аранша очень даже недурно рубится на мечах.

–  Прекрасно!
– засиял круглолицый человечек.
– Почтенного Харшум-дэра осенила идея, а те идеи, что вспыхивают в его мудрой голове внезапно и перед самыми празднествами, оказываются самыми удачными и приносят самый большой доход…

–  Слушай, уважаемый, - перебил его Айфер, - ты сам-то не грайанец?

Человечек оборвал речь, словно остановил лошадь на всем скаку, и оглядел свой наррабанский наряд.

–  Верно, я грайанец. Тиршис Ржаная Лепешка из Семейства Чинлек. Живу здесь уже много лет, все в Нарра-до принимают меня за своего. Как ты догадался?..

–  Болтаешь много, - объяснил наемник.
– Ладно, валяй дальше. Что он там придумал, ваш Харшум-дэр?

–  То, чего столица еще не видела: бой женщин на мечах. Вчера одна приезжая, тоже грайанка, в дорожном приюте Ахшун-дэра дала отпор наглецам. При этом она весьма умело обращалась с оружием. Сам я не видел, но Ахшун-дэр просто восторгается… Согласие ее спутника уже получено, так не мог бы и ты, уважаемый, позволить своей женщине принять участие в поединке?

Тут уж Аранша не выдержала:

–  У меня, между прочим, есть свои уши и свой рот! Хочешь говорить о деле - говори со мной! Вот она я! Поверни башку налево - и увидишь!

Похоже, Тиршис и впрямь долго жил в Наррабане и крепко нахватался местных привычек. Он с мягкой укоризной взглянул на дурно воспитанную женщину, которая позволила себе вмешаться в мужской разговор, а затем опять обернулся к Айферу:

–  Харшум-дэр очень щедр, мы легко договоримся о плате за представление. Разумеется, речь не идет о битве до смерти, просто небольшой Поединок Мастерства…