Женя налила себе кофе из термоса. Странно, что она обратила на это внимание. Внешность пассажиров, тем более — мужчин, ее раньше не интересовала. Но после того случая…

Она ни разу не видела столько красивых людей одновременно. И этот голубоглазый, мать его! Аполлон. И черноокий мачо с задатками психопата. А уж то, что женщина на сносях может выглядеть такой потрясающе красивой — это для Женьки был вообще сюрприз. Такой потрясающе красивой — и такой спокойной. Повезло же ее мужу. Впрочем, ей самой, тоже, скажем честно, повезло. Потому как тревога и беспокойство мачо-психопата за жену читались совершенно невооруженным взглядом.

Характерно, что греческий бог, как и положено настоящему олимпийцу, хранил одноименное спокойствие. Вполне возможно, что для него это не впервой. Вполне возможно, что он женат и имеет уже пару карапузов.

Женька нахмурилась, так и не сумев вспомнить, видела ли у Олега обручальное кольцо на пальце. Она попросту не обращала на такие вещи внимания. До недавнего времени.

Но даже если он и женат, это совершенно не помешало ему пригласить ее на свидание. Женька еще сильнее хмурится. Потому что впервые за пару последних лет сомневается. Правильно ли она поступила.

Он ее раздражал безмерно. Своей красотой. Пижонской надменностью. Нарочитым равнодушием. Запахом больших денег. Ехидной улыбкой.

И вместе с тем. Парадоксально, но… Производил впечатление правильного человека. Точнее, человека, который все делает правильно. А еще точнее, человека, который не совершает неправильных поступков.

Черт, из-за этого пижона ее мысли приняли совсем нежелательный оборот. И звонок телефона был как нельзя более кстати. И… вспомни беса — и он тут как тут.

— Да?

— Женя, привет. Это Олег. Можешь меня сейчас забрать?

— Конечно! Адрес?

Разворачивая машину, Женька поймала себя на том, что улыбается.

Однако когда приехала по адресу, улыбаться уже не хотелось. А ведь могла бы догадаться…

— Эй, Баженов, твоя рыжая приехала, — красавец-психопат первым подошел к такси.

— Buenos noches, senor, — промурлыкала Женя, демонстрируя мелкие ровные зубки.

— Привет, Жень, — за спиной здоровяка брюнета показывается Олег.

Мужчины обнялись, прощаясь. Олег плюхнулся на переднее пассажирское.

— Запряга-а-а-а-ай, Семе-е-е-е-е-ен, — басом выдает он.

— Семен? — усмехается Женька.

— Тро-о-о-о-о-огай, Семе-е-е-е-е-ен, — басит, продолжая дурачиться, Олег.

— Как скажете, барин, — машина срывается с места.

— Давай песню, Семен!

— Жениться тебе пора, барин, — выворачивает на максимум громкость радиоприемника. И поэтому его ответ:

— Да я хоть сейчас готов! — она не слышит.

Весь масштаб бедствия Женька оценила, только когда они приехали к дому Олега, и он попытался выйти из машины. А вместо этого — выпал. Женька ахнула, поставила коробку на нейтраль, дернула ручник и выскочила из машины.

Олег приземлился на четвереньки рядом с пассажирской дверью. Плечи его тряслись. Женька предусмотрительно остановилась в метре от него.

— Олег, ты что? Ты… Тебе плохо? Тебя тошнит?

— Нет, — почти простонал он.

— А что?

— Смеш…но, — булькая и хихикая, проговорил он.

«Смешно ему…», — с досадой подумалось ей. — «Пьяница!»

— А ну-ка, вставай!

Трясет головой.

— Нет.

— Почему? — потеряв терпение, рявкает она.

— Не могу.

Вот засада! Попадалово! Бросить его тут к чертовой бабушке! Женька оглядывает двор и понимает: она просто не развернет машину здесь. Учитывая, как непредсказуемо может себя повести это пьяное четвероногое… Еще под колеса поползет.

Черт! Придется тащить его до квартиры.

Женька присела на корточки рядом.

— Олег! Положи руку мне на плечо. Давай попробуем встать.

— Давай попробуем, — хмыкает он.

Встали. Со второй попытки. Но все-таки встали. Женя прислонила его к машине и придирчиво оглядела. Ржет. Весело ему… Хорошо, что на улице относительно чисто, и колени и ладони, хоть и испачканы слегка, по сухие.

— Стой здесь! — строго грозя пальцем, говорит она.

Олег пытается… Укусить ее за палец! Это полный пи***ц!