После решения этих вопросов они сходили в отделение Дойче банка в Билефельде, где Арту был открыт счет.

Все проблемы были решены, и Арт мог возвращаться в Ленинград.

Поскольку основные поставленные перед Густавом вопросы были предварительно согласованы с Дарьей Николаевной, то Арт первым делом по приезде проинформировал ее о принятых решениях, умолчав только о вопросах, относящихся к нему лично. Он также предложил ей место главного бухгалтера в ЗАО “Artoplazma”. Сначала она отказывалась, но потом, узнав о величине зарплаты, согласилась.

Михаилу он сказал, что решение о создании ЗАО “Artoplazma” принято с подачи Густава, и он является только ее номинальным владельцем. Фирма создается для поставки микрокалькуляторов в СССР, поскольку эта продукция является непрофильной для “Plazma”, т. к. выпускается в Японии. Михаилу он предложил должность юриста в создаваемой фирме, на что тот с благодарностью согласился. А пока ему была поручена подготовка учредительных документов для новой фирмы.

На май была назначена операция с отправкой драгоценностей в Германию. Арт, в ожидании письма-приглашения в посольство, долго решал, какие драгоценности оставить, а какие переправить. Он приготовил для отправки 190 средних бриллиантов и 4 крупных, упаковал их в кожаный мешочек, затем положил его в золотую коробку. Также он решил переправить часть коллекции старинных иностранных орденов в количестве 14 штук, купленных в свое время мамой Ани.

В итоге получилось два небольших пакета, которые легко умещались в карманах плаща. Арт тщательно взвесил все передаваемые алмазы, сфотографировал их и ордена, и составил опись. Все было готово для путешествия в Москву.

Письмо из посольства с приглашением посетить встречу с германскими промышленниками 11 мая в 11 часов поступило в конце апреля. Арт решил взять с собой телохранителя, хотя считал, что лучшая безопасность – это отсутствие всякой информации об ожидавшейся поездке. Поэтому в день отъезда 10 мая он сообщил о ней только после обеда. Они сели в поезд в вагон СВ с двухместными купе, причем Арт рассказал телохранителю о происшествии, которое, якобы, произошло с ним несколько лет назад, связанном с кражей чемоданов посредством пуска усыпляющего газа в купе. Поэтому телохранитель должен провести бессонную ночь, а по прибытии в Москву, после устройства в гостиницу, он будет свободен до вечера второго дня, пока Арт будет решать свои дела.

До Москвы они добрались без происшествий, устроились в двухместном номере в гостинице “Салют” на Юго-Западе Москвы, позавтракали, и телохранитель улегся спать после бессонной ночи.

Погода была пасмурная, прохладно. Арт надел плащ, рассовал пакеты в карманы, и направился на Мосфильмовскую улицу в посольство. На входе он предъявил приглашение и прошел в здание.

На встрече присутствовали много народу, как со стороны немцев, так и представителей советских предприятий. Встреча продолжалась около двух часов. В конце ее все разошлись по отдельным кабинетам для переговоров по интересам. К Арту подошел Готлиб – брат Густава, которого Арт узнал по фотографии, показанной ранее Густавом, и предложил следовать за собой. Арт включил чтение мыслей и направился за ним. Готлиб был совершенно спокоен и уверен в себе. Он думал о том, что они должны уложиться в полчаса, иначе будет подозрительно для сторонних наблюдателей.

Зайдя в свой кабинет, Готлиб повесил на ручку двери со стороны коридора табличку “Не беспокоить. Идут переговоры” и закрыл дверь изнутри на ключ. Они сели за стол и Арт достал два свертка. Сверка их содержимого по описи заняла около 20 минут. После этого Арт опечатал своей печатью оба свертка и передал их Готлибу. Тот был совершенно спокоен и думал только о том, когда ему лучше приехать в Германию – 20 или 21 мая. Он убрал оба свертка в сейф, открыл дверь и проводил Арта в зал приемов, где был накрыт “шведский стол” и выставлены бутылки с сухим немецким вином. Приглашенные уже все собрались, были произнесены тосты за успехи в налаживании сотрудничества, и гости вскоре разошлись.

Когда Арт вернулся в гостиницу, телохранителя в номере не было. На столе была оставлена записка, где он сообщал, что уехал в гости к другу и приедет прямо к поезду, поскольку билеты на обратный путь они купили утром по приезде в Москву. Арт позвонил Густаву и сообщил, что “бумаги переданы по назначению”. Густав ответил, что он в курсе и ждет Арта в Германии с 21 по 24 мая.

За два года Арт научился уже довольно прилично говорить по-немецки, не хватало практики в разговорном языке, но общаться на общие и экономические темы он мог свободно. Оставшееся до отъезда время он посвятил отдыху.

21 мая Арт снова вернулся в Германию и устроился в отеле “Bielefelder Hof”, расположенном в центре города, предупредил Густава о приезде и договорился о встрече на завтра в 10 часов утра в офисе “Plazma”.

Арт, Густав и Готлиб собрались в кабинете у Густава, и Готлиб передал два пакета Арту. Включив чтение мыслей, Арт не обнаружил никаких крамольных мыслей, только у Густава – нетерпение увидеть драгоценности, а у Готлиба – быстрее покончить с этим делом.

Проверив печати, Арт вскрыл пакеты и проверил их содержимое по описи. Все было в порядке. Пожав руки, Готлиб удалился, а Арт с Густавом направились к ювелиру, который был предупрежден об их приходе. Ювелир очень внимательно осмотрел бриллианты и золотую коробку, все тщательно взвесил и, разложив их на листе бумаги, стал писать цифры, означающие их оценку в марках. Общая сумма оценки бриллиантов вместе с золотой коробкой составила 19,5 миллионов марок. Просмотрев ордена, он сказал, что их надо показать специалисту, так как он не знает их антикварной стоимости, а драгоценные металлы и камни на орденах стоят не менее трехсот тысяч марок. Ювелир подготовил оценочную ведомость, в которой описал каждый камень, его вес и оценочную стоимость, расписался и заверил своей печатью. Арт поинтересовался, можно ли продать золотую коробку, кому и за какие деньги. Ювелир еще раз осмотрел ее, проверил механизм запирания, взвесил ее и предложил купить за 3 тысячи марок. Включив чтение мыслей, Арт понял, что названная им цена значительно меньше ее действительной стоимости. Он положил камни в кожаный мешочек, затем в золотую коробку и убрал в дипломат, отказавшись от сделки.

После этого Густав проводил Арта к антиквару для оценки орденов. Тот только что не вылизывал ордена, осматривая их в лупу, сверяясь с каталогами, наконец, назвал общую их оценочную стоимость в два миллиона марок. Антиквар также составил оценочную ведомость, поставил свою подпись и печать.

Таким образом, общая стоимость драгоценностей составила 21,5 миллионов марок, что, согласно договоренности, позволяло Арту кредитовать свой кооператив на сумму более чем 16 миллионов марок.

Арт и Густав направились в банк, где арендовали ячейку с тремя ключами – один для Арта, второй – для “Plazma”, третий – для служащего банка. Ее можно было открыть только одновременно тремя ключами. В банковскую ячейку Арт положил два свертка с драгоценностями.