Енисей в районе Кызыла — прекраснейшая река из тех, что я видел. Широкая, но быстрая, как горный ручей; вода, кроме периода половодья, прозрачнейшая, и камни светятся на дне, как драгоценные. Много плоских голышей, и одно из любимых занятий отдыхающих на берегу — играть в «блинчики»: камни пускают вдоль поверхности воды и считают, сколько раз «блинчик» прикоснется к воде и отскочит. «Семь, восемь, девять…».

Конечно, купаются. Раньше, в 1960-1970-е годы «молодые специалисты», приезжавшие сюда «из России», люди смелые и спортивные, переплывали Енисей, но теперь таких смельчаков там, кажется, не осталось. Заливов, затонов в окрестностях города почти нет, поэтому плещутся у берега или «сплавляются»: забредают подальше, поджимают ноги, и течение несет… Купаться вообще-то запрещено, кое-где установлены соответствующие таблички. Дело не в том, что в воде что-то обнаружено, а в огромном количестве смертей, связанных с Енисеем. У одних не выдерживает сердце — вода почти ледяная, а воздух горячий, — другие перед купанием напиваются, третьи тонут без явных причин, но, наверное, из-за бурунов, воронок… Время от времени по берегу ходят милиционеры, гоняют людей, в том числе и просто загорающих.

Купаться разрешено рядом, в протоке Енисея, на территории парка культуры и отдыха.

Точнее, протокой этот водоем был когда-то, но лет двадцать пять назад, во избежание наводнений (а наводнения Кызылу угрожают почти каждые май-июнь), его перекрыли двумя плотинами. С весны до осени плотины закрыты, вода застаивается, зеленеет, киснет. Там-то многие, особенно подростки, плавают, малышня резвится в лягушатнике, от которого пахнет немытым аквариумом. Говорят, каждое лето больницы переполнены гепатитниками…

Кстати, году в 2006-м специалисты из Новосибирска установили возле лягушатника спиралеобразную горку, для того чтоб с радостным визгом скатываться в воду. Правда, конец спуска оказался над бетонными плитами — до воды метра полтора. Объясняют это просчетом в монтаже. Так и стоит эта горка…

Подобных «просчетов» в Кызыле немало (как, наверное, и в каждом городе России). Весной 2007-го, например, решили на центральных улицах полностью сменить покрытие, а не латать выбоины и трещины заплатами. Вскрыли асфальт на улице Бухтуева, которая соединяет две части города, и оказалось, что именно асфальт сдерживал течь в проходящем под улицей водопроводе. Асфальт убрали, вода хлынула. «Водоканал», «Туваэнерго» стали выяснять, кому водопровод ремонтировать, а машины тем временем пробирались по дальним объездам.

Вообще, климат Тувы такой, что любая постройка, техника требуют постоянной заботы, частого ремонта. Гаражи здесь — настоящие крепости, и не только из-за воров (о воровстве речь дальше), а главным образом из-за морозов. Домам тоже необходимы повышенное утепление и отопление. Если частный сектор Кызыла мало зависит от городских властей — главное запастись дровами и углем, — то обитатели квартир без горячей воды в батареях обречены на замерзание. В мороз это дело двух-трех часов.

Раньше каждый квартал отапливался своей котельной, но лет тридцать пять назад была построена Кызылская ТЭЦ. В начале 1990-х она почти не функционировала — в связи с массовым отъездом русских специалистов работать стало некому, да и с поставщиками угля не все было гладко, — и жители города тогда пережили несколько тревожных зим.

Топливо для ТЭЦ добывается рядом — всего в нескольких километрах расположен угольный разрез «Каа-Хемский». Уголь там не простой каменный, а коксующийся, марки «2-Ж». Говорят, его дешевле возить в Липецк на металлургические предприятия, чем обогащать тамошний. И вроде бы возят — от разреза до станции Минусинск на «КамАЗах», а потом по железной дороге около пяти тысяч километров.

«Разрез занимает главное место в энергетической безопасности Тувы», — не устают повторять влиятельные в Туве люди, и, может быть, поэтому за него многие годы шла борьба. Постоянно менялись руководители, он переживал несколько банкротств, вводилось внешнее управление; ОАО, каким разрез являлся до недавнего времени, пытались преобразовать в государственное предприятие. В ноябре 2009 года разрез купила одна из компаний Олега Дерипаски за 400 млн рублей.

Железной дороги в Туву нет. Ее собирались прокладывать еще в царское время, даже оборудование в Саяны завозили, потом периодически возвращались к этой идее при советской власти. В 2007 году планы, кажется, начали воплощаться в жизнь. Стартовой площадкой выбрано село Курагино на юге Красноярского края, а финишем предположительно станет правый берег Енисея, где будут построены вокзал на семьсот пассажиров, депо, мастерские, разъездные пути… Было подсчитано, сколько придется возводить мостов и виадуков, какой длины пробить туннели… Известно стало практически все, кроме того, кто же именно будет строить дорогу. Дело в том, что, как сообщала кызылская газета «Плюс Информ» летом 2007-го, «проектных институтов и специализированных строительных организаций, которые способны проложить эту магистраль, нет. Тут мы полностью утеряли первенство, которое давало стране (еще Советскому Союзу) возможности строить сложнейшие, огромные по протяженности трассы, такие, как, к примеру, БайкалоАмурская магистраль. За прошлый, 2006-й год в России построили всего несколько километров железных дорог…».

Взоры (по крайней мере, взор автора статьи в «Плюс Информ») обращены к Китаю, где железнодорожное строительство идет бурными темпами, в том числе и в горных районах. И конечно, недавняя прокладка в Китае дороги до Лхасы впечатляет…

Начало строительства постоянно переносится. То июль 2007-го, то 2009-го, то 2011-го, теперь — весна 2012-го. Сейчас в Долине Царей под Аржааном ведутся интенсивные раскопки, так как магистраль пройдет по ней — гладкий участок среди горных хребтов, пусть и имеющий огромное историческое значение, щадить показалось глупо.

С прокладкой железной дороги жители Тувы связывают огромные надежды. Рабочие места, приток инвестиций, доходы от добычи стратегического сырья. Да и на поезде легче и дешевле попасть в соседние Хакасию, Красноярский край, чем на автобусе или самолете, тем более что самолеты летают редко и нестабильно.

Да, пока идет подготовка к «стройке века», другие виды транспорта внутри Тувы хиреют и гибнут. Воздушное сообщение между районами давно уже ушло в прошлое, действуют лишь несколько рейсов (хотя лет двадцать назад «воздушное такси» было явлением обычным), автобусных маршрутов тоже стало заметно меньше, водный пассажирский транспорт тоже практически перестал существовать.