– Ладно, не ревите, я позову Артёма Аркадьевича он лучший специалист чем я, а то у меня всего пара месяцев практики, может, я что напутала.

– Напутали женщина? Охренеть как вы напутали, у меня сердце в пятки ушло.

– Я знаю. Я позову Артёма Аркадьевича, не ревите, мы что-нибудь придумаем, какие-нибудь таблетки пропишем от радиации. Я слышала, йод помогает и красное вино, хотя вино вам нельзя, вы беременны, я сейчас, ждите...

Врач выбежала из своего кабинета, а Жанна лежала на кушетке и просто плакала, ещё совсем недавно жизнь была такой радужной, и она просто хотела узнать пол ребёнка. А теперь такой крах, ужас, и всё этот проклятый Чернобыль, и проклятое правительство с его ядерными исследованиями и технологиями.

В кабинет вбежал доктор, мужчина лет пятидесяти за ним бежала врачиха, мужчина остановился около Жанны, взял щуп устройства УЗИ и начал им водить женщине по животу, внимательно рассматривая изображение на экране. Мужчина рассматривал это долго, и потихоньку бледнел, и руки у него начали дрожать...

– Ну что Артём Аркадьевич, я же говорила, это совсем не человеческий зародыш! Даже близко не похож, настоящий мутант.
– Почти победно проговорила врачиха.

– Что ты Лариса, что ты. Это обычный человеческий зародыш, он просто вверх ногами, и да, у него есть две аномалии, но это ребёнок...

– Да какой ребёнок Артём Аркадьевич, это же монстр, самый настоящий, он даже отдалённо не похож на ребёнка, он похож на человеческий зародыш разве что размерами...

– Лариса, выйдем на минутку, надо с глазу на глаз обсудить, как это лечить, а вы женщина пока полежите. И не бойтесь, случай тяжёлый конечно, но это лечится, вы вовремя к нам обратились, не волнуйтесь, родите вы нормального здорового ребёнка. Лариса, за мной.

Они вышли, и отсутствовали минут пять, а Жанна всё это время лежала и стонала от ужаса. Потом доктор с девушкой вернулись, и Лариса как невзначай сказала:

– Да вы правы доктор, это просто опухоль зародыша, всё из-за радиации, надо пройти полное обследование, и потом йодику попить месяц и всё будет нормально, не волнуйтесь женщина.

– Ладно, я тогда пойду домой, сообщу мужу...

– Нет, нет, что вы, лежите, домой мы вас не отпустим, вас нужно срочно везти в институт терапии лучевых болезней, у нас есть спецприказ на эту тему.

– Но мне надо... Могу я хотя бы позвонить мужу?

– Позвонить мужу можно, сообщить можно. Хотя, пока ещё не решили, куда вас положат, будет ли это институт терапии лучевых болезней, или другое НИИ исследования генетических отклонений вызванных радиацией.

– О, ужас...

– Не волнуйтесь женщина, это лечится.

– Да, просто йодику попьёте месяц, и всё само пройдёт, вы главное не волнуйтесь...

Машина скорой помощи приехала быстро, Жанна спустилась со ступеней, её взяли под руки, и положили в машину, аккуратно подложив под голову подушку. После чего двери закрылись, и машина, оглашая воем своей сирены утреннюю Москву, помчалась куда-то на окраину. Путь был довольно долгим, наконец, дверь открылась, и Жанну вывели из машины. Здесь был лес, где-то за деревьями журчал ручей, пели птицы, и за невысоким забором стоял трёх этажный особняк, старый, почти древний.

– Где мы?
– Спросила Жанна.

– Вы в НИИ исследования генетических отклонений вызванных радиацией.

– Всё так плохо?

– Не бойтесь женщина, здесь лучшие в союзе врачи. У нас спецприказ, выявлять случаи явных генетических отклонений, и лечить, это произошло сразу после Чернобыля, потому что теперь имеется большой интерес к развитию человеческого плода, подвергнувшемуся облучению.

– Но я не была в Чернобыле, я не была там, я не могла получить дозу радиации, - заплакала бедная женщина.

– Это объясняется просто, вы же покупаете продукты на рынке, фрукты или овощи.

– Конечно...

– Ну вот, радиация могла быть в продуктах, привезённых из Чернобыля, и вы съели, например, капусту, выращенную там, и получили заряд радиоактивных частиц, и они облучили радиацией ваш плод.

– Какой кошмар... Пустите, я должна позвонить мужу.

– Не волнуйтесь, мы свяжемся с ним, сообщим ему.

– Я хочу сама.

– Вы скажите лишнего, а это никому не нужно. Никому не нужна паника по поводу детей уродов из-за радиации.

– Но я...

– Но вы... Вы мадам не единственная женщина с такой проблемой, и потому существуют чёткие указы на этот счёт. Вы родите своего ребёночка, мы его изучим, если экземпляр будет интересный, мы оставим его себе, а вас в любом случае отпустим.

– Вы не имеете права.

– Имеем, это называется КГБ, вам не повезло, вы попали в область действия государственных систем безопасности. Но не волнуйтесь особо, здесь, у нас в больнице самое совершенное в мире оборудование, и если выходить вашего урода, вообще возможно, мы выходим его, и он будет жить. А вы потом получите щедрую компенсацию от государства, и родите нового здорового ребёнка.