Мне не хотелось нервировать Сквика — особенно теперь, когда его легкие до краев были заполнены неизвестной мне дурью. Поэтому я как бы невзначай бросил:

— О, так это…

— Тина, — подсказал Уокер.

— Ну да, Тина.

— Айс! — малопонятно выдал Сквик.

Может, это крэк? [34] Я что, угодил в кокаиновый притон?

— А, ну да. Кок.

— Нет, не кок. Это Тина. Кристалл! [35]

Наташа хихикнула над моими языковыми трудностями, которые, пожалуй, и впрямь могли кого угодно позабавить. Значит… кристаллический мет. Ага! Я испытал такое торжество, будто победил в игре в «Улику», — теперь я безошибочно выяснил, что мои новые знакомцы и впрямь не курят кокаин.

О мете я кое-что знал еще с флотских времен, где не такое уж и малое число идиотов — в основном из трюмных крыс, мотористов, — хоть когда-то, но прикладывались к метамфетамину. От этого наркотика «приятель» съеживается так, будто ты булькнулся в воды Северной Атлантики, но при этом ты становишься просто невероятно сексуально озабоченным. Парадоксальная ситуация, сплошь и рядом приводящая ко всевозможным проблемам, которых мне уж точно не хотелось хлебнуть.

Наташа, затянувшись, выпустила облачко дыма и пробежала по мне глазами, точно за обедом по шведскому столу. Сквик, Китти и Уокер между тем уже куда-то сдернули (как я заметил, мужчины перед этим приняли по какой-то пилюльке), оставив меня наедине с прелестью из Страны Советов, которая, проделывая отвлекающие маневры головой, смогла-таки успешно одолеть мою защиту и уже двигалась на ощупь в верном направлении. Я еле успел оттащить ее руку, пока она не ухватила ценнейшие мои фрагменты.

Физиономия у нее была совершенно убитая, хотя девчонку и лихорадило от действия наркотика.

— Послушай, — сказал я ей, — ты извини. Ты очень симпатичная. Но я не тот парень, что тебе нужен. Мне надо идти.

И тогда Наташа — благослови ее Господь! — подалась назад и произнесла милым, невинным голоском:

— Я тебя понимаю!

— Вот и хорошо. Правда, ничего личного. Просто мне необходимо уйти.

— Понимаю! Ты педик. Я сейчас все улажу.

— Нет-нет-нет-нет! — подскочил я.

Она бросила психическому парню на кухне несколько слов — на слух скорее по-польски, нежели по-русски, — потом выкрикнула то же самое, но погромче, чтобы привлечь его внимание. Он был сильно недоволен, что его отдернули от мобильника, но все же раздраженно затопал вверх по лестнице. Едва взглянув на него, можно было уверенно сказать, что он обкололся метом.

Я проверил телефон — пришла эсэмэска от Энни: «Милый, глаза закрываются. Спок, ночи! Обними, когда вернешься».

У меня и так было чувство, будто я ударил ей в спину, а теперь словно еще и нож провернул.

Быстро пройдя в переднюю, я остановился у лестницы и крикнул парню вслед:

— Мне только надо сказать Эрику, что я ухожу.

С минуту я подождал, раскачиваясь с носка на пятку и периодически посылая Наташе напряженную улыбку абсолютного идиота.

Наконец наверху лестницы показался психический и поманил меня рукой. Второй этаж был отделан куда беднее, нежели первый. Хлюпик препроводил меня в конец длиннющего коридора и завел в небольшую комнатку с раздвижными дверями с обеих сторон — как разделительный отсек между апартаментами отеля.

— Жди здесь, — буркнул психический и снова исчез.

Прошла минута, другая. Я подумал было дать деру, но, чтобы осчастливить Маркуса — он же велел мне как штык торчать при Уокере! — решил, что все же должен отметиться напоследок у конгрессмена из Миссисипи. Я был уже на пределе терпения.

Наконец передо мной предстал Сквик — это чудище с ребячьей физиономией — в банном халате и с раскрасневшимися щеками.

— Мне нужен Эрик на пару слов, — сказал я. — Или, может, вы бы ему передали…

Сквик кивком указал на двери, потом раздвинул их пошире.

— Привет, Эрик, — бодро начал я, узнав Уокера…

И потерял дар речи. Мой приятель-конгрессмен выкручивался в такой изощренной вакханалии, что черлидинг отдыхает.

На миг я повернулся, зыркнув в соседнюю комнату: там дяденька в летах, который мне в этом доме еще не попадался, жарко обнимался с двумя дамами. Я уперся взглядом в стену, точно парализованный, призывая свою плоть держаться под контролем, когда услышал голос Уокера:

— О, Майк! Присоединяйся!

Сквик сбросил халат… Уж не знаю, что там за пилюльки они приняли, дабы избавиться от побочного эффекта мета.

— Наташа передала, ты хотел меня.

Я рванулся было к двери, которая спасла бы меня от этой напасти. Но Сквик заступил мне путь:

— Так в чем проблема?

Я уставился в потолок и пошел по кругу, рассчитывая сбоку подобраться к выходу.

— Эрик уже за все расплатился.

Сквик двинулся ко мне, точно неотвратимая армия зомби. Когда дело касалось вечеринки или карточной игры, я никогда позорно не ретировался, но тут готов был бежать со всех ног.