Шрифт:
– Мы тут… – быстро заговорила Инна, – …играли. Да, играли немного, то есть мы тут… очень интересно играли…
– А мне можно с вами? – спросила девочка.
– Нет! Что ты! – воскликнула Инна.
– Видишь ли, малышка, – выступил вперед Борис. – Мы тут с тетей Инной играли-играли… всю ночь и решили пожениться. Ты не против? – Он взял дочь на руки. – Тетя Инна будет твоей мамой.
– Я буду ее мамой называть? – уточнила Ксюша.
Она и Борис повернули к Инне вопросительные лица.
– Конечно! – выдохнула Инна, у которой навернулись слезы.
– Я согласная, – сказала Ксюша, – и Ванька теперь не будет вредничать.
– Это еще вопрос, – вздохнула Инна.
– Все вопросы решаем с ходу, – бодро заявил Борис. – Сейчас идем к вам и объявляем…
– Погодите! – остановила Инна. – Приведите себя в порядок. И мне дайте время. Что за манеры в этом семействе? Свататься с нечищеными зубами.
На кухне мамы не было. Инна заглянула к ней в комнату. Анна Петровна лежала с открытыми глазами. Дочери не понять, какие чувства она пережила, наблюдая за стрелками на часах. Инна отсутствовала час, полтора, два… должно было свершиться, не в шахматы же они играют. Анна Петровна испытывала усталость и бессилие (даже завтрак детям не приготовила), которые случаются при достижении заветной цели.
– Мама, – присела на кровать Инна, – доброе утро!
– Насколько доброе?
– Абсолютно! – рассмеялась Инна.
Такой глупо-счастливой Анна Петровна видела свою дочь считанное число раз, из которых следует исключить свадьбу с Олегом как роковую ошибку. И хотя Анна Петровна собиралась указать дочери, что всегда была права в отношении Бориса, не стала упрекать. Инна сияла. А что еще матери надо!
– Сладилось? – спросила мама.
– Абсолютно! – повторила Инна. – То, о чем ты так долго мечтала, произойдет, мы с Борисом поженимся. Ну, давай! Говори мне, что всегда знала…
– Пусти, встану, – слегка толкнув, мама заставила Инну подняться и сама встала. – Внукам кашу надо сварить.
«Внукам», – отметила Инна.
– Мамочка! Ты у меня замечательная, умная, добрая, единственная, уникальная.
– Не такая уж уникальная. Весь двор, Борисовы друзья, сослуживцы только и ждали, когда вы прозреете.
– Мама! Бывают обстоятельства непреодолимой силы, которые делают невозможными события, кажущиеся сторонним свидетелям очевидными.
Анна Петровна закончила одеваться и, выходя из комнаты, обронила:
– Не бывает у женщины обстоятельств, которые не преодолеет настоящий мужчина.
«А ведь верно, – подумала Инна. – Хотя еще вчера, услышав подобное утверждение, я разнесла бы его в пух и прах. Теперь Ваня. Господи, помоги!»
Инна помогала сыну снять пижаму, точно в такой спала Ксюша. Только у девочки расцветка в розовых бабочках, у мальчика – в синих машинках. Пижамы покупала Инна.
– Ванятка! – Мама протянула ему носки, трусы, шорты и футболку. – Как ты отнесешься к тому, что мы с дядей Борей поженимся? Одевайся сам, ты уже взрослый.
– Пожениться – это что делать?
– В принципе мало что изменится. Но мы будем одной семьей. Дядя Боря станет твоим папой, а я буду мамой Ксюши.
– А папа Олег сгниует?
– Что сделает? – не поняла Инна.
– Бабуля говорит: чтоб он сгинул.
– Папа Олег останется твоим папой. В конце концов, два папы лучше, чем один? Согласен?
Они не успели закончить разговор, как прибыли Борис и Ксюша. Жених в строгом костюме, с белой рубашкой и галстуком – обычная деловая форма одежды, ему на работу ехать. А Ксюша разнаряжена в новое платье с оборками. Купленное заранее, специально ко дню ее рождения, оно еще месяц должно было храниться в шкафу. Красивое платье смотрелось чудаковато, потому что было надето задом наперед.
– Вот и дядя Боря. А рядом такая красивая девочка! – сказала Инна. – Ваня, поздоровайся! Сейчас дядя Боря будет у тебя, Ванька, просить моей руки.
– Иван! – мгновенно подхватил Борис. – Прошу руки твоей мамы!
Ваня и про «пожениться» не понял толком. Хотя сказки обычно заканчивались тем, что даже самые смелые герои женились.
– Ты какую мамину руку просишь? – поинтересовался Ваня, выказывая чудеса недетского умения вести переговоры. – Правую или левую?
– Какую отдаешь? – вступил в торг Борис.
– Левую. Правая моя.
– Договорились.
– А теперь твоя мама и моя мама! – не выдержала Ксюша и показала Ване язык. В ответ он выставил кулак:
– Видала? Это твой папа теперь мой папа!
Инна и Борис переглянулись: супружество не обещало быть безоблачным. Но это нисколько их не пугало.
Курс лечения
Психоаналитика мне рекомендовали знакомые. Аттестовали его как молодого, талантливого и перспективного.
– Куда направлена перспектива? – спросила я.