– Зато ты смогла, – сладким голосом сказала девушка. – Очень рада.

Труда опешила. Она только приготовилась перейти в наступление и заявить, что намного лучше знает мужчин, чем Лара, а та просто согласилась, не позволив Труде получить удовольствия от скандала.

Лара отлично видела, как озадачена Труда. Отлично! У нее нет никакого желания разговаривать с этой женщиной, а теперь та замолчала сама. Они залезли по лестницам на деревья и вошли в усадьбу.

– Спасибо, – веселым голосом поблагодарила Труду Лара и свернула в коридор, ведущий к покоям Энды. Довольная, что вернулась без всяких приключений, она открыла сундук и достала платья, нуждающиеся в починке.

Внезапно распахнулась дверь, в комнату вошла женщина.

– Я леди Сита, жена лорда Дурги, – сказала она. – Я пришла узнать, хорошо ли ты себя чувствуешь после столь тяжких испытаний прошлой ночи. – Она была довольно высокой женщиной с грустными глазами, но явно привыкшей повелевать.

Лара поспешно встала и низко поклонилась.

– Благодарю, миледи, все хорошо. Немного устала, но в целом неплохо.

– Ты штопаешь одежду Энды? – В голосе промелькнуло удивление.

– Я не привыкла бездельничать. Поэтому и попросила принести нитки и иголки. Спасибо, что позволила их прислать.

– Не знала, что женщины для удовольствий умеют шить.

– Я не женщина для удовольствий, миледи. Должна была стать, но меня так и не продали в Дом удовольствий. Меня отправили в Прибрежную провинцию. Прежде чем поместить девственницу в Дом удовольствий, продают право первой ночи, а затем она проходит обучение искусству любви. Мой отец был солдатом, пока не победил на турнире и не стал Доблестным Рыцарем, а я помогала мачехе по хозяйству, убирала и чинила белье и одежду. Я обычная девушка. – Лара говорила ровным, спокойным голосом.

– Так зачем они купили тебя у караванщика? – спросила леди Сита.

– Не знаю, но полагаю, это связано с тем, что я наполовину фея. Они очень этим заинтересовались.

– Кто сказал им об этом? – вскинула голову Сита.

– Рабыня Труда, – ответила Лара.

Сита кивнула и, помолчав, произнесла:

– Ты никому не расскажешь о нашем разговоре, девочка. Поняла меня? Иногда лучше жене все же знать то, что ей знать не положено, чтобы иметь возможность защитить свою семью.

– Ты хозяйка в этой усадьбе, миледи, я обязана тебе подчиняться. В свою очередь осмелюсь просить тебя разрешить мне каждый день посещать бани. Я привыкла часто мыться.

– Как ты смеешь торговаться со мной? – Сита сама не понимала, злит ли ее такое поведение Лары или удивляет.

– Нет, миледи, просто прошу о милости, – быстро ответила Лара.

– Если разгневаешь меня, подохнешь от собственной вони, – сказала Сита уже более миролюбиво. – Ты знаешь, что моя младшая сестра выйдет осенью замуж за Энду?

– Да, миледи, знаю.

– Лесные жители не допускают смешения крови с иноземцами, – продолжала Сита.

– Да, миледи, мне говорили.

– Я скажу Энде, что ты получила мое разрешение, – сказала Сита и собралась уходить.

– Благодарю, – произнесла ей вслед Лара.

Лето близилось к концу, и лес наполнился яркими красками. Деревья ослепляли разнообразием цвета. Лара никогда не видела столько великолепных оттенков красного, оранжевого, желтого, золотого и терракотового. В городе виноград, вьющийся по стенам квартала солдат, окрашивался лишь в багровый цвет. Деревья вокруг главной площади стали бледно-желтыми, а вскоре листва опала, и ветер с севера унес ее в лес. Казалось, торжественный спектакль, разыгранный природой, никогда не повторится вновь.

В один из последних дней года Энда женился на Тире. Следующим утром на всеобщее обозрение была вывешена простыня, покрытая пятнами крови, как доказательство непорочности невесты. После этого Энда проводил с Ларой лишь часть ночи, а потом уходил к Тире. Лара изо всех сил старалась оставаться в тени происходящих событий. Убедившись, что она искусная портниха, Сита отправляла Ларе на починку всю одежду домочадцев, и она была благодарна за возможность не сидеть без дела.

Энда и Тира пока не переехали в собственный дом. Он должен быть готов лишь к весне. Несколько раз за ужином Лара ловила высокомерный взгляд жены хозяина. В нем было столько желчи и злобы, что Лара стала забирать поднос с едой к себе в комнаты, которые теперь принадлежали ей одной, чтобы меньше попадаться Тире на глаза. Однажды вечером ее поймал за руку Дурга.

– Почему ты не ешь вместе со всеми в зале? – грубо спросил он.

– Жена Лорда Энды недолюбливает меня, не хочу ее расстраивать, – ответила Лара.

– Она тебя ненавидит, – усмехнулся Дурга. – Она молода, глупа и завистлива. Она понимает, что мужу приятнее ложиться с тобой, чем с ней. Тогда иди. – Он отпустил ее руку.

Поздно вечером, удовлетворив свое желание, Энда спросил ее:

– Ты до сих пор не ждешь ребенка, Лара? Последние четыре месяца я приходил к тебе каждую ночь.