Сергей, переместился с моста в проулок и, встав за углом деревянного забора, стал наблюдать за незнакомцем. Когда тот, поравнялся с забором, за которым прятался Курилов, Сергей выскочил на открытое место и громко крикнул.

– Стой! Стрелять буду!

Незнакомец, присел от неожиданности, но увидев, что в руках Курилова ничего не было, резко развернулся и быстро побежал через дамбу на противоположный берег озера. Сергей бросился за ним. Он не понимал, почему он все это делает. Какой-то внутренний азарт охотника, гнал его вперед. Когда незнакомец оказался на другом берегу, он свернул налево и добежав до следующей улицы, носящей подходящее для этой ситуации название Лагерная, свернул на нее. Сергей не отставал, держась в метрах в двадцати позади убегавшего Барона. Прибавив ходу, Курилов стал постепенно сокращать это расстояние. И когда до преступника осталось всего каких-то несколько метров, Курилов вдруг споткнулся и, распластавшись, юзом упал на асфальт, ободрав при этом руку и щеку.

Подняв голову, он видел спину убегавшего преступника, который оглянувшись, быстро юркнул в проход между двумя частными домами. Неожиданно, из проулка, откуда, только что, выбежал сам Курилов, вырулил милицейский УАЗик и притормозил рядом с Сергеем.

– Помощь нужна?
– из приоткрытого окна высунулась голова сержанта милиции.

Быстро поднявшись, Курилов показал рукой вперед.

– Он за тот дом забежал. Там, наверное, проход есть.

УАЗик резко ускорился, при этом включив проблесковый маячок. Поравнявшись с домом, за которым скрылся убегавший, из милицейской машины выскочили два милиционера, а УАЗик быстро поехал вперед, пытаясь объехать квартал, что выскочить преступнику наперерез.

Отряхнувшись, Сергей осмотрел свои брюки. Слава богу, они были только испачканы. Правая ободранная рука сильно зудела, а в карманах как назло не было носового платка, что бы почистить рану. Подняв левую здоровую руку к лицу, Курилов дотронулся до щеки. Она тоже сильно ссадила. Еще раз, отряхнув свои брюки, он хромая, заковылял на другую сторону озера, туда, где разворачивалась основная фаза операции.

Когда он подходил, к тридцать пятому дому, он еще издали увидел что, рядом с синими воротами кроме служебной "волги" стоял еще один милицейский УАЗик.

Мухин, что-то записывающий в бланк протокола, поднял голову на подошедшего Сергея.

– Ого. Кто это вас так?

– Упал, когда за одним из этих бежал, - Курилов кивнул головой в сторону преступного логова.

– Значит, все-таки Барон ушел?
– с сожалением в голосе сказал Мухин.

– Я, так не думаю. Его уже, наверное, взяли. По крайней мере, за ним ваш наряд на УАЗике погнался.

– Значит, возьмут, - удовлетворенно ответил оперуполномоченный, и снова поглядев на Сергея, озабоченно качнул головой: - Сильно вы ободрались. Так недолго инфекцию какую-нибудь занести. Я сейчас аптечку из машины достану.

Мухин, отложив свои бумаги, быстро нашел аптечку в салоне "волги" и, достав йод, бинт и вату приступил к оказанию первой медицинской помощи.

Глава десятая.

"Старший брат"

ххх

"Ну и как идти на работу, с такой рожей"?
– рассуждал Курилов.

Он стоял в этот ранний час перед зеркалом, пытаясь побрить ту часть разбитой щеки, на которой была болячка.

В простонародье, этот вид травмы назывался "асфальтной болезнью". Еще раз, осмотрев свою, разбитую физиономию, Сергей пошел одеваться. Он не мог остаться дома или идти в поликлинику, потому что сегодня была среда, а это означало, что до заезда на турбазу оставалось три дня, и он должен был быть на работе, что бы ни дай бог, кто-то еще не мог бы покуситься на его путевку.

Одевшись, он поднялся на два этажа выше, что бы поторопить Федора. Когда тот открыл дверь квартиры и увидел Сергея, то его глаза сразу округлились.

– Что это у тебя с лицом?

– Бандитская пуля, - попытался отшутиться Курилов.

– Я серьезно, тебя спрашиваю.

– Вчера на дежурстве в ДНД, пытался задержать опасного преступника, когда тот убегал. Я побежал за ним, но споткнулся и упал, - Курилов решил сказать все, как было.

– Ладно, заливать-то, - улыбнулся Федор.

– Вот когда говоришь правду, никогда не верят.

Курилов махнул рукой и пошел вниз по лестнице.

– Ты не переживай, Серега. Мужчину шрамы украшают, - этой фразой Федор, попытался придать ему уверенности.

Курилов отмахнулся, хотя действительно стеснялся своего вида.

Он шел с Федором к автобусной остановке, стараясь не смотреть на лица встречных прохожих. Как назло, сороковой автобус ушел прямо перед их носом, а следующий мог подойти, только минут через десять, не ранее.