По дороге в Нижний Новгород, навстречу почему-то попадались только отечественные машины, причем старых моделей, а вдоль трассы странным образом вдруг исчезли многочисленные кафе и магазины.

Тревога в его душе росла с каждой минутой, а когда в районе поселка Дубравный, Сергей вдруг увидел большую стелу "ГОРЬКИЙ", то у него просто оборвалось сердце. Он повернулся к Федору, и еле сдерживая эмоции, спросил.

– Федь скажи мне, сейчас действительно восемьдесят третий год?

– Серега, ты что? Опять шутишь?
– Федя явно не понимал смысла этого вопроса.

Курилов вдруг сообразил, что сейчас надо действовать по-другому.

– Я видел, у тебя газета в сумке была.

– Да, но она старая, от пятницы.

– Дай, пожалуйста.

Федор опустил руку в свою сумку и достал газету.

Сергей взял "Комсомольскую правду" в руки. На ней стояла дата выхода номера - "17 июня 1983 года, пятница".

"Значит сегодня девятнадцатое июня восемьдесят третьего года", - с ужасом подумал Курилов.

"Так спокойно. Все под контролем. Сейчас приезжаем в Нижний Новгород, я звоню в агентство, и меня возвращают обратно", - Сергей постарался мысленно успокоить себя.

"Какое к черту агентство! Сейчас же восемьдесят третий год! Сейчас вообще нет никаких агентств, только госпредприятия", - эта мысль снова ввергла его панику.

– Серега! С тобой все нормально?
– Федор тронул за руку Курилова.

– Да, - выдохнув, ответил он.

– А то ты так покраснел.

Сергей не ответил. Он вдруг совершенно ясно осознал, что ему сейчас абсолютно некуда идти. Не пойдешь же сейчас к самому себе домой. Да, и страх, встречи с самим собой, только молодым, делал этот шаг невозможным.

"А родители, вообще могут с ума сойти, увидев меня такого", - подумал Сергей, при этом вспомнив сюжеты из фильма "Назад в будущее", где герой тоже попал в подобную ситуацию.

Повернувшись к Федору, он вдруг понял, кто ему мог предоставить кров на сегодня.

– Федь, а ты один живешь?

– Да, в коммуналке, на проспекте Ленина, - бесхитростно ответил он.

– Слушай, можно я у тебя пару дней перекантуюсь? А, то я со своей поссорился вдрызг, - соврал Сергей.

– Да ради бога. Только тебе придется на раскладушке кантоваться.

– Не вопрос! Спасибо Федя, - искренне поблагодарил его Сергей.

Как только, он решил проблему со своим ночлегом, нервы немного успокоились.

"Сейчас главное не паниковать. Нужно спокойно разобраться во всем. Ведь есть же какой-то выход из этой ситуации. Сейчас приедем к Федору, и я что-нибудь придумаю", - продолжал себя мысленно успокаивать Курилов.

Он уже почти нашел внутреннее равновесие, как новая волна паники снова накрыла его с головой.

"А где вторая пилюля?! Ведь когда он выпил красную пилюлю, вторая неиспользованная, осталась у врачихи" - эти мысли как волны, накрывали его снова и снова.

– Московский вокзал. Нам лучше здесь сойти, - голос Федора отвлек Сергея от его лихорадочных мысленных метаний.

Автобус притормозил около центрального входа в железнодорожный вокзал, и почти все кто в нем сидел, быстро покинули салон.

– А теперь куда?
– Курилов растерянно уставился на Федора.

– Пойдем на остановку. Нам сороковой автобус нужен.

– Ты в каком месте, на проспекте Ленина живешь?
– на всякий случай спросил Курилов.

– У "Новости".

Курилов даже непроизвольно остановился.

– Ты чего?
– Федя не понял, почему тот затормозил.

– Да так. Просто у меня там старая знакомая живет.

Сергей не стал рассказывать Федору о том, что рядом с магазином "Новость", когда-то жила его первая любовь - Ольга Журавлева.

ххх

Квартира, в которой проживал Федор, располагалась в старом пятиэтажном доме сталинской постройки. Про такие дома раньше говорили "народная стройка".