Да, еще про пальцы вспомнила. Знаете, почему все дети не любят, когда им стригут ногти? Почему они вырываются и кричат? Потому что мамы так сдавливают руку и насильно выпрямляют пальцы, что становится больно. Я вырываюсь, а мама сдавливает еще сильнее. Зажимает мою руку в своей, как в тисках.

Все родители немножко сумасшедшие. Не без странностей. Вот мама, например, иногда забывает, кто я.

– Кто это к нам пришел? Что за девочка такая? – спрашивает она, когда папа приводит меня на кухню завтракать.

Она что, до сих пор не может запомнить, что я ее дочь?

Или вот другая странность.

У меня есть любимый плед – с лосями. Я все время с ним хожу. Иногда прячусь – накидываю его на голову, но ноги видны. Однако мама каждый раз ахает:

– Где Сима? Где наша девочка? Куда пропала?

Я выбираюсь из-под пледа, чтобы она меня увидела.

– Вот Сима! – радуется мама, а я прячусь снова, и снова мама спрашивает: – Где Сима? Куда опять пропала?

И так раз двадцать. Мама никак не может понять, что я сижу под пледом и никуда не пропадаю. Но она так радуется, когда меня «находит», что я играю с ней в прятки.

Еще они с папой никак не могут отличить голос девочки от голоса мальчика. Я их зову из комнаты, чтобы они дали мне попить, а мама каждый раз спрашивает:

– Это Сима или Вася зовет?

– Сима, наверное, – отвечает папа.

А однажды они меня даже напугали. Я тогда еще ела растворимую смесь из пачки. Мама достала из шкафа одну пачку и поставила на стол. Пачка покачнулась и упала на пол. Мама подняла ее с пола и опять поставила. Пачка несколько раз подпрыгнула на столе и замерла.

– А-а-а-а! – закричала мама.

На крик прибежал папа:

– Что случилось?

– Пачка прыгает, – с ужасом проговорила мама.

Папа посмотрел на лежащую неподвижно на столе пачку.

– Ты до нее дотронься, – предложила мама.

Папа дотронулся, и пачка опять подпрыгнула.

– Там мышь! – закричала мама.

Папа подхватил пачку и выбросил ее на балкон.

– Откуда у нас мыши? Я из шкафа достала. Она закрытая, – сказала мама.

– Может, она еще на складе в пачку залезла, – предположил папа.

– Надо ее выбросить на улицу, – решила мама.

– Выбрось, – согласился папа.

– Нет, лучше ты, я мышей боюсь.

– Я тоже.

Пачка лежала на балконе. Больше не прыгала.

Мама подождала еще несколько минут и на совке занесла ее на кухню. Пачка как пачка. Обычная детская смесь.

– Может, мне показалось? – неуверенно произнесла мама.

– И мне тоже показалось? – поинтересовался папа.

– Должно же быть какое-то логическое объяснение. Если бы это была мышь, она бы прогрызла упаковку и съела всю крупу в шкафу. А пачка закрыта, и срок годности еще не истек.

– Тогда я не знаю.

– Родители, вы в школе вообще учились? – подал голос Вася, который прибежал на кухню, услышав про мышь. – Про вакуум и давление слышали? Наверняка там просто воздух скопился, а вам нужно валерьянку попить и детей не пугать.

Вася открыл пачку и показал, что в ней никого нет. Но мама все равно ее выбросила и сразу вынесла мусор. Все-таки женщины не умеют мыслить логически, а мамы тем более.

Сейчас я уже начала понимать, что у нас не совсем обычная семья. Во-первых, по ночам ко мне встает папа, а не мама. Так было еще с Васей. Но тогда мама болела, и врач запретил ей вставать по ночам, иначе она падала в обмороки днем, а бледная, лежащая на полу мама никому не нужна. К тому же папа бегает быстрее мамы. Пока мама сообразит, что нужно встать, взять бутылочку с водой, найти выброшенную соску и вытащить мои ноги из прорезей кроватки… В общем, до нее не сразу доходит. Мама опускает одну ногу с кровати, а папа в этот момент уже все сделал. Тогда маме ничего не остается, как поднять ногу и снова уснуть. Ко мне тоже встает папа, хотя мама клянется, что встает именно она. Правда, иногда она даже не помнит, что вставала.

А еще мама не любит со мной гулять. Она вообще гулять не любит. И парк наш не любит, и синичек с белочками тоже. Ей кажется, что это – потерянное время, за которое она успела бы сварить для меня новый полезный супчик. В те несколько раз, когда мама выходила со мной гулять, она хотела в туалет, выпить кофе, срочно позвонить и почитать, чего сделать на прогулке совершенно невозможно.

Со мной гуляет папа. Его любят все мамы в округе. И бабушки тоже. Потому что бабушки помнят, как папа гулял с Васей, а теперь гуляет со мной, и умиляются.

Гуляем мы так. Я терпеть не могу перчатки – они мне мешают, поэтому я их снимаю. Поэтому на меня надевают перчатки до локтей и без пальчиков, для младенцев. Я их снять не могу. Но однажды папа решил надеть на меня нормальные варежки. Я начала кричать.

– Да пусть без варежек сидит, замерзнет – наденет, – сказала проходящая мимо женщина с двумя собачками. – Что ты скандалишь на весь парк? – спросила она у меня. – Плакса-вакса.

Папа ее почему-то послушался и перестал натягивать на меня варежки. Чтобы я замолчала, он дал мне баранку.