17 декабря (27 октября) 47 года Цезарь уже был в Лилибее [103]с четырьмя тысячами всадников и десятью легионами, из которых пять были укомплектованы из ветеранов. Однако для высадки в Африке у него не хватало транспортных средств: пришлось довольствоваться поэшелонной переправой. 25 декабря (31 октября) в направлении Адрумета отправились две тысячи всадников и шесть легионов. Пункт назначения хранился в тайне, и поэтому другие корабли потеряли Цезаря из виду. С ним на берег высадились лишь три тысячи пехотинцев и сто пятьдесят всадников. При таких условиях наступление на Адрумет становилось невозможным. Цезарь отошел к югу, остановился в Руспине и, получив подкрепление, овладел Лемтой. Затем он укрепился на Руспинском полуострове между Адруметом и Лемтой. Там к нему присоединились остальные переправившиеся в Африку войска. Он быстро добыл хлеб и дерево и сумел избежать нападения десяти тысяч всадников, прискакавших из Утики. В его лагерь прибыли первые перебежчики.

В свою очередь Сципион около середины января 46 года (20 ноября 47 г.) вместе с восемью легионами и тремя тысячами всадников занял позицию близ Узитты (Хенхир-Макреба). Он был готов перейти в наступление, как только к нему присоединится Юба I. Тогда Цезарь прибег к помощи мавританских царей: Богуд контролировал Испанию, Бокх II готовился к вторжению. Соответственным образом настроенный П. Ситтием из Нуцерии, сомнительным финансистом, «кондотьером», обосновавшимся в Мавритании, он был готов выставить своих воинов против армии нумидийского царя. Когда Юба I ушел из своей страны в римскую провинцию, Ситтий воспользовался его отсутствием, чтобы совершить набеги на его деревни, и за несколько месяцев овладел его столицей Киртой. При первом же известии о вторжении Юба повернул назад, чтобы дать отпор врагу, — именно этого и ждал Цезарь.

Имея в своем распоряжении достаточно хлеба, награбленного в Керкине, и второй эшелон легионеров, прибывших из Сицилии, Цезарь собрал 30 тысяч человек и 26 января 46 года (30 ноября 47 г.) перешел в наступление. Он подошел к Узитте, однако не пытался взять ее. Он провоцировал дезертирство среди солдат противника, нарушал линии коммуникаций, перехватывал продовольствие. Сципион никак не мог добиться регулярного сражения, и с конца ноября 47-го по январь 46 года Цезарь изматывает противника, тревожа его со всех сторон, а сам не подставляясь под удары. Он неожиданно перенес военные действия в местность на 40 километров южнее, поскольку к этому времени Ахолла (Ботрия), находившаяся в шестидесяти километрах южнее Малого Лептиса (Лемты), уже была в его руках, и, кроме того, прибыл третий эшелон легионеров. 15 марта (15 января) 46 года Цезарь сжег свой лагерь у Узитты и двинулся к Аггару, в то время как Сципион и вернувшийся с половиной своей армии Юба I обосновались в Тегее. Тогда между двумя армиями снова началась настоящая игра в кошки-мышки: Цезарь постоянно ослаблял противника и множил число своих сторонников. Города просили защиты у цезарианцев. Цезарь дошел до самых Тен (Thenae, Хенхир-Тина) на подходах к Малому Сирту, не смог взять Эль-Джем, однако 28 марта (28 января) 46 года вновь вернулся в свой лагерь при Аггаре и встретил четвертый эшелон своих войск, состоявший из четырех тысяч пехотинцев, четырехсот всадников и тысячи пращников и лучников.

К югу от Адрумета у союзников оставался только Тапс (Рас-Димасс), стоявший на берегу моря в двадцати пяти километрах к северу от Аггара. В ночь с 3 на 4 апреля (с 3 на 4 февраля), после полуночи Цезарь снялся с лагеря при Аггаре, 4 апреля он появился перед Тапсом и осадил его. Союзники шли за ним по пятам. Сципион прибыл 6 апреля, и Цезарю удалось заманить своих противников в мышеловку. Он опрокидывает войско Сципиона и избавляется от неприятельских слонов, которые повернулись против союзников. [104]Он нападает на лагеря Афрания и Юбы, но они оказываются пусты. Цезарианцы потеряли пятьдесят человек, а уничтожили десять тысяч врагов. Цезарь мог теперь оставить три легиона в Тиздре (Эль-Джем). С пятью остальными он пошел на Утику. Катон Младший узнал о поражении вечером 8 апреля (8 февраля) и задумал организовать сопротивление, однако Совет Трехсот, представлявший обосновавшихся в городе римлян, воспротивился. Тогда в ночь с 12 на 13 апреля (12-13 февраля) Катон покончил с собой 334после того, как в философском споре заявил, что добродетельный человек всегда свободен. Он умер сорока девяти лет от роду, и бронзовый бюст из Волубилиса сквозь века донес до нас черты этого стоика, в котором античная мудрость достигла вершин.

Цезарь, относившийся к нему неприязненно и противопоставивший впоследствии прославлявшим его память апологиям две книги своего сочинения «Против Катона» (Anticato), триумфально вступает в Утику в середине апреля (середине февраля) и пожинает прочие плоды победы: Тапс был взят, с Тиздрой было покончено, военачальник Юбы Сабурра был разбит Ситтием, корабль Сципиона был захвачен, а сам он утопился, Афраний и Фавст Сулла погибли, Юба и Петрей сошлись в смертельной схватке, вызванной восстанием подданных Юбы. С кланом помпеянцев было покончено, и 13 июня (14 апреля) Цезарь отплыл из Утики в Италию, по дороге побывав на Сардинии. Он вернулся в Рим только 25 июля (25 мая) 46 года и думал, что после проведения четверного триумфа сможет посвятить себя исключительно реформаторской деятельности. Однако он ошибался, ибо ему предстояло погасить еще один очаг гражданской войны, разгоревшийся в Испании в результате лихоимства Цезаревых легатов и еще более разжигаемый теми, кто бежал из Тапса.

Наместник Дальней Испании Кв. Кассий 335располагал четырьмя легионами, с помощью которых он оказывал такое давление на жителей подвластной ему области, что ему потребовался пятый легион для того, чтобы обеспечить свою безопасность: ей угрожали ненавидевшие его жители провинции. Злоупотребления со стороны этого пятого легиона привели в еще большее возмущение как коренных жителей Испании, так и латинских поселенцев. Жители Италики (Сантипонсе) совершили покушение на жизнь Кассия. Это послужило сигналом к расколу в рядах испанской оккупационной армии. Два легиона под командованием квестора М. Марцелла Эзернина 336вышли из подчинения. Парализованный этими событиями Кв. Кассий был вынужден по приказу Цезаря принять подкрепление, посланное ему царем Богудом, а также те отряды, которые привел М. Эмилий Лепид 337, а затем передать полномочия заменившему его проконсулу Ближней Испании Требонию 338.

Однако успокоение в умах продлилось недолго, ибо при первом же сообщении о скором приезде старшего сына Помпея Великого Гнея Помпея общественное мнение в Дальней Испании переметнулось на сторону помпеянцев и мятежные легионы приветствовали Гнея Помпея на берегу близ захваченного ими Нового Карфагена. [105]Тотчас же беглецы, прибывшие из Тапса, среди которых находились младший брат Гнея Секст, Аттий Вар и Лабиен, присоединились к испанскому восстанию. Вся Дальняя Испания, за исключением Улии (Монтемайор), встала на сторону помпеянцев, и Цезаревы командиры не осмеливались появляться дальше Обулькона (Поркуна) на южной границе Ближней Испании. Цезарю понадобилось время для того, чтобы собрать значительную военную силу, состоявшую из девяти легионов и мощной конницы. Сам он прибыл к этому войску в декабре 46 года, преодолев расстояние от Рима до Обулькона за 27 дней, — такое начало сулило молниеносную войну.

Военные операции продолжались не более двух с половиной месяцев и представляли собой огромную и ужасную войну. 339Навязывая противнику сражения в открытой местности, Цезарь хотел, чтобы кампания была непродолжительной, что удовлетворило бы как его собственные амбиции, так и надежды солдат, измотанных нескончаемыми войнами. Согласно его плану следовало атаковать столицу Дальней Испании Кордубу и, делая вид, что собирается осадить ее, заставить Гнея снять осаду с Улии. Так и случилось. Тогда Цезарь, оставив Кордубу, осадил Атегва (Теба-ла-Вьеха), заняв удобную позицию, позволявшую обеспечить в избытке снабжение продовольствием.