Виноват, исправлюсь, - мрачно промямлил Мудон, пыхтя и пытаясь вызвать жалость.

И че, это все, че ты может сказать, говносос?! – подключилась Аза.

Я совсем рассвинился, перестал думать о Мастере, о служении Силе, перестал делать сверхусилия и работать над собой, – кое-как Муду удалось вызвать в себе горестное состояние, чтобы начать говорить искренне.

Та-ак, еще что? – взгляды ближайших учениц Рулона выражали полное презрение.

Начал думать о мирском, сука! Обольстился собой, своей гордостью ебаной! Начал воображать, что уже дохуя достиг, а на самом деле только деградировал! Постоянно искал удовольствий, вместо того, чтобы помнить о просветлении, быть монахом в миру. Думал, как бы пожрать повкуснее, поспать подольше, потрахаться, – работа тела дала более сущностное состояние, и Мудозвон почувствовал раскаяние. Хотя всякие говняные мысли самооправдания продолжали крутиться в башке и не давали целостно разрушать ложную личность.

Качать пресс! – скомандовала Аза, и Мудила обрадовался смене нагрузки. На секунду ему показалось, что скоро все закончится, но не тут-то было:

Рассказывай, говнюк, почему Дырку портишь? Почему постоянно с ней спишь? Ты че, бля, уже семейку с ней создал? – спросила Ксива, и у Мудона внутри похолодело – такого вопроса он не ожидал.

Нет… Я в последнее время уже с ней не сплю, - стал оправдываться идиот.

Че пиздишь! – зашипела Ксива. – Бога пытаешься обмануть?! Тебе че Рулон сказал? Не спать ни с кем, сохранять энергию! А то так быстро пачкуном станешь!

Ясно! Виноват, исправлюсь! – выдавил Муд, пытаясь оторваться от пола.

Мало того, что сам нихуя не развиваешься, так еще баб портишь! Вместо того, чтобы учить человека нормальным вещам, ты, скотина, взращиваешь в ней поебень!!! Ты че, козел, вообще нюх потерял?! Тебя чему Мастер учил?! Этому что ли учил?! Ты видел, чтоб Рулон с кем-то спал?! Да он близко никого не подпустит! Потому что он служит Силе! А ты служишь своему херу, кобель ебучий! – бесилась Ксива.

Когда практика закончилась, Мудон выполз из кухни весь взмыленный и в жопу растождествленный и вспомнил, как ему хотелось узнать, чем это они там занимаются.

Супер Соляр Гуруна

Эй, Гурун, а ну, ползи сюда, - подозвала лысого Элен.

Гурун, который в этот момент старательно выжимал последнюю пару трусов и лифчик, от чего изрядно вспотел, услышав, что его зовет жрица, второпях бросил уже почти отжатое белье обратно в тазик с грязной мыльной водой и опрометью на своих четырех поскакал к Элен, как верный пес.

Тебе новое задание, - резко бросила Элен, - из большой комнаты сверни палас, выйди на улицу, потряси и возвращайся обратно.

Есть, будет сделано, - браво ответил уже надроченный Гурун.

Через десять минут должен вернуться с чистым паласом, за каждую просроченную минуту получишь по десять памятных гыч, понял, свинья? – назидательно сказала Ксива, выпуская Гуруна за дверь.

Так точно! Служу Эгрегору! – ответил Гурун, продолжая стоять на четвереньках с паласом на спине.

Ты по лестнице тоже в «ракасане» спускаться будешь, чтобы мышей всех повеселить? – поинтересовалась Ксива.

Эх, скотина, виноват, не осознан, - опомнился придурок и поднялся на свои задние лапы.

Как только Гурун с паласом скрылся за дверью, Ксива тут же закричала:

Эй, говноеды, а ну, быстро все сюда.

Куча свиней, как всегда уснувших в своих поганых мыслишках, нехотя стали выходить из своих сновидений. Мудя, наводя порядок на книжных полках, случайно, а может совсем даже и не случайно, наткнулся на порнографический журнал с картинками и, не помня себя, отождествлено разглядывал здоровые жопы и сиськи, уже забыв о боли в коленях, о бурлящем от голода желудке. Услышав, что всех зовут, он бережно засунул веселый журнальчик с краю на последнем ряду книг, чтобы при возможности продолжить свое любимое занятие. Ну, а пока, тяжело вздохнув, пополз к толпе.

чу-Чандра в это время, ползая на карачках, делала вид, что моет пол, махая тряпкой туда-сюда. Вдруг она наступила своей передней лапой на осколок зеркала и, обрадовавшись такой находке, стала упорно разглядывать свой вспотевший ебальник, не смотря на то, что была вся растрепанная, грязная и вонючая после трех дней в поезде и четырех дней «страшных» костров. При этом она стояла на карачках, выпятив задницу, одной рукой держала половую тряпку, а другой этот микроскопический осколок зеркала и прихорашивалась, мечтая о пьяных бомжах. Но и ей пришлось на время оторваться от столь «важного» дела и присоединиться ко всей компании.

Синильга же, как всегда, околачивалась на кухне. На этот раз она пыталась через водо-очищающий фильтр набрать воду в трехлитровую банку. Для этого она поставила банку в раковину, засунула в нее шланг от фильтра и ушла драить унитаз. Когда Синильга напевала какую-то ебанутую песенку, она вдруг увидела пробегающий мимо туалета ручей воды.

«Еб твою мать», - опомнилась безмозглая и поскакала на кухню, где банка уже давно переполнилась, шланг от фильтра выпрыгнул наружу и теперь радостно заливал всю кухню и уже коридор. С охуенной скоростью черепахи Синильга стала пытаться собрать воду тряпкой в таз, удивляясь, что воды почему-то не становится меньше. Так она удивлялась, пока до нее не дошло, что надо все-таки выключить кран. Но ей так и не удалось закончить свое занятие, так как надо было ломиться в зал, где уже все собрались и ждали только ее.