– Хочешь сказать, он заранее подготовился?
– вставил я в образовавшуюся в его рассказе паузу.

– Именно, - кивнул учитель.
– Как тебе известно, наш мир создали два дракона, два брата, если быть совсем точным. Старшего, как ты понимаешь, звали Амару, а младшего Соробору. Создав наш мир, они, по прошествии нескольких столетий, сотворили эльфов, а затем и гномов. И хотя им нравились сотворенные расы, они чувствовали, что создали в чем-то похожих на себя существ. Миролюбивых Творцов, как они их называли. И тогда-то Амару и Соробору сотворили людей. Они смешали в них все, от Порядка до Хаоса, а затем выпустили в этот мир. И как не странно, несмотря на все ужасные дела, совершаемые людьми, братья посчитали их своим самым успешным творением. Ведь люди получились именно такими, какими они и хотели их видеть - совершенно непохожими на них самих. Зачастую абсолютно непредсказуемыми, невероятно разными и необычайно живыми. Вечным существам жизнь людей казалась стремительным, бурным потоком, который они так долго искали. Лишенные возможности чувствовать течение времени, нашим создателям никогда не надоедало наблюдать за существами, что порой считали каждую секунду своей жизни. И постепенно, под влиянием людей, стали меняться не только гномы с эльфами, но и сами братья, становясь более живыми. Однако прежде чем этот процесс успел завершиться, в мире, один за другим, появилось восемь Некрополей.

– Восемь?!
– вытаращился я.

– Восемь, восемь - слегка помахал он рукой.
– Три уничтожил Амару, два его брат и в итоге в мире осталось еще три Города Мертвых, включая наш.

– Это не хорошо, - глубокомысленно изрек я, вызвав у учителя взрыв оглушительного хохота.

– Не хорошо, - все еще хихикал он, даже по прошествии нескольких минут, вытирая ладонями выступившие на глазах слезы, - только настоящий Амариец мог такое сказать! По большей части мира ходят толпы зомби, создатели нашего мира, считай наши боги, практически мертвы, сам мир продолжает существовать лишь из-за наспех созданного чуда, а у него это всего лишь "не хорошо".

Я невольно набычился. А что я еще мог сказать? Не хорошо оно и есть не хорошо.

– Ты вообще карту мира видел?
– И тут же, сам себе ответил: - А хотя откуда ты мог ее видеть? У меня-то ее нет. Так вот, чтобы ты знал, раньше люди, гномы и эльфы жили на двух материках. А сейчас они все ютятся на четырех островах, и одном полуострове. Причем три острова довольно маленькие, и лишь последний, в форме полумесяца, еще что-то из себя представляет.

Я оценил.

– А где тогда находится наша Хрустальная Гора? Ты говорил, что на материке!

– Говорил, и да, она действительно находится на материке, - и, предвосхищая мой вопрос, быстро добавил: - но, видишь ли, до нас не так просто добраться. Во-первых, слишком далеко от второго Некрополя, а, во-вторых, присутствие остальных рас на полуострове невольно защищает нас от атаки со спины.

– А сколько их вообще, этих остальных рас?

– Как сколько?
– удивился учитель.
– Три, конечно!

– Да нет, - махнул я рукой, - я имею ввиду, сколько их вообще! Сто тысяч там, или двести?

– А-а-а, вот ты о чем... хм... думаю что-то около десяти миллионов. Тысяч сто гномов, еще тысяч тридцать эльфов, а остальные люди.

Я попытался представить такую толпу, но просто не смог.

– Ты думаешь это много?
– с нескрываемым любопытством, поинтересовался учитель.

Осторожно кивнул. Я действительно так считал.

– А ты только представь, до того, как появились Некрополи, одних только эльфов было несколько миллионов. Гномов чуть поменьше, а людей к тому времени расплодилось почти сто пятьдесят миллионов.

У меня невольно глаза на лоб полезли. Больше ста пятидесяти миллионов живых существ! А сколько осталось? Зато сразу становилось понятно, почему учитель так отреагировал на мое "не хорошо". Тут в пору говорить о конце света, правда... это ведь тоже относилось к тому самому "не хорошо"? Так что, формально я был прав.

– А сколько потеряно городов?
– тем временем, продолжал учитель.
– Только три столицы чего стоили. Каждая, из которых имела восемь кольцевых стен, построенных гномами, а число жителей в них достигало более пяти миллионов человек.

Вот уж что-что, а таких городов я даже представить себе не мог. Это сколько же надо строить? Да и вообще, как такое возможно было построить?

– Но больше всех досталось эльфам, - вздохнул учитель.
– Нежить хорошо чувствует живых, а этот народ просто воплощает собой жизнь, поэтому они-то и пострадали самыми первыми. Их леса занимали половину нашего материка, из-за чего первый, самый сильный удар, пришелся именно по ним. Теперь они всем своим народом ютятся на маленьком островке, в поперечнике едва достигающим ста километров.

– Но ведь и гномов осталось мало?

– Мало, - согласился он, - но они пострадали по другой причине. Они предпочитали и предпочитают жить в горах, вернее даже под ними, за что и получили название - подгорный народ. Раньше они жили под горной грядой носящей название Солнечные Пики. Никто толком не знает, что там точно случилась полторы тысячи лет назад, но чаще всего вспоминают Жнеца Смерти [13] . Однако как бы там ни было, однажды утром, большая часть подгорного народа обратилась в зомби и напала на все еще живых. Дело в том, что вся горная гряда была изрыта их проходами слово огромный кусок сыра, и все эти проходы были соединены между собой. Самая популярная теория состоит в том, что упомянутый Жнец, а то и не один, с помощью вентиляционных шахт, пустил к гномам какую-то отраву. Отраву, которая смогла преодолеть все магические преграды установленные самими гномами как раз на подобный случай. А затем просто подняли всех умерших за ночь и такое количество зомби, как ни что другое указывает именно на Жнецов Смерти. По крайней мере, это все, что известно мне.