— У, как прижали, сволочи, — скрипел зубами Юрий Бардов.

— Но они их тоже приласкали, — указал Авдеев на два выжженных пятна на горе, усеянных каким-то мусором. Одно из них еще тлело испуская дым.

— Что это? — не понял Белый.

— Подбитые самолеты.

— Офигеть!

И действительно, только сейчас в каких-то обломках удалось распознать отдельные элементы летающих машин: крыло, хвост, шасси… а все остальное просто бесформенный металлолом, разбросанный взрывом и сожженный в разлившемся топливе.

— Ничего, сейчас и мы парочку пятнышек рядом добавим, — хмыкнул нацик.

Боец с "иглой" странно улыбаясь, наверное эффект от энергетика, лишь бы только это не помешало точности стрельбы, действительно готовил свой комплекс к работе. Что-то раздвигал, откидывал, подсоединял батарею, что-то там тестировал, а также готовил сами ракеты.

— Слушай диспозицию, — привлек к себе внимание бойцов лейтенант, определявший направления ударов по противнику со старшим сержантом.

— Оценочная численность противника от тридцати до пятидесяти человек. Они находятся здесь, здесь и тут. Соответственно мы делимся на две группы по пять человек. Еще четверо остаются в резерве, и как группа прикрытия, — кивнул Тарков на раненых и стрелка с "иглой" полностью готовой к действию. — Мы берем крайние группы, выбиваем их воспользовавшись эффектом неожиданности, а потом берем в оборот центральную группу противника, давим ее с двух сторон словно клещами. Все ясно?

Солдаты тупо кивнули.

— Отлично…

Лейтенант быстро распределил каждой группе пути подхода, цели, провел последнюю сверку времени для полной синхронности начала операции чтобы по максимуму сказался эффект внезапности и скомандовал:

— Вперед!

Солдаты двумя группами стали расходиться в разные стороны, следуя за своими командирами. Сейчас они все жаждали этого боя с врагом как никакого другого.

Их удар в спину ничего не подозревающим китайцам действительно оказался сокрушающим и, как пелось в песне, они сметали их шквалом огня, забрасывая подствольными гранатами. В рассветных сумерках враги для обдолбанных энергетиком солдат были как на ладони, китайцев даже не спасали их маскхалаты и отстреливать их замешкавшихся, не знающих куда кинуться чтобы укрыться было одно удовольствие.

Очередной авиационный налет также был бесцеремонно прерван стартовавшей из леса ракетой. Китайские "МиГи" пошли в противоракетные маневры, отстреливая огромное количество противоракетных шашек, забивая систему наведения ложными целями, просто стараясь ее "закоротить", но "игла" шла строго за целью повторяя все ее маневры и неумолимо с ней сближаясь.

Вслед за первой ракетой с двадцатисекундной задержкой, сколько требовалось на перезарядку ручного комплекса, стартовала вторая "игла", а потом и третья.

Первая ракеты быстро подбила самолет, слишком уж небольшая была дистанция и он рухнул где-то за горой. Только купол катапультного кресла в небе остался…

Со вторым истребителем "иглам" пришлось изрядно повозиться. Тот, увидев, что случилось с его напарником, удирал на форсаже стремясь выйти из зоны поражения, также пытаясь отвлечь внимание системы наведения "игл" всеми доступными ему способами и одну из ракет отвлек-таки, но вторая прорвалась к цели и разнесла ему правый двигатель в ошметки.

Китайский "МиГ" просел по высоте, сбросил бомбовую и ракетную загрузку в лес для облегчения веса, и оставляя густой дымный шлейф стал уходить на юг одновременно пытаясь набрать высоту на одном двигателе, но получалось плохо. Он то и дело клевал носом.

"Чтоб ты грохнулся, урод", — пожелал ему вслед Вадим.

И, как по заказу, уже у горизонта в небе вспух оранжевый шар огня.

С гибелью самолетов как-то сама собой закончилась схватка и на земле. Потрясенные резкой переменой ролей выжившие китайцы, не зная о истинной численности противника, а в таких случаях говорят: глаза у страха велики, почли за лучшее отступить.

Правда, не всех их отпустили, тут уж Дюнкун расстарался, стреляя как заведенный. К тому же, кто-то из убегавших вылетел аккурат на резервную группу из раненых и там завязался короткий ожесточенный бой с легко предсказуемым плачевным результатом для беглецов.

Со спасенными контакт удалось наладить не сразу, видимо их смущало оснащение спасителей, но потом во всем разобрались. От взвода Тополя-два уцелело восемь человек.

— А мы даже и не верили, что кто-то сможет прийти… — чуть не плакал один боец.

— Где Мишин?! — тут же спросил Тарков.

— Убило его, — ответил сержант Березов, принявший на себя командование солдатами. — Его еще в самом начале тяжело ранило… в живот. Снайпер наверное постарался… Поскольку он уже ничего не мог, то засел за рацию… на помощь все звал. Ну и видимо его запеленговали и вдарили из самолетов. Две ракеты не пожалели. От него ничего и не осталось даже…

Лейтенант окаменел лицом.

— Бомба цела?

— А что с ней станется? Цела. Мы ее там спрятали в сторонке, чтобы не попали случайно.