Невлер взял свою бутылку, отхлебнул из нее, вытер рот рукавом и сказал:

— Значит, нужно сделать так, чтобы мы не сидели в засаде.

— Как это? — вновь усомнился Вован. — А где ж мы будем?

Невлер весело блеснул глазами:

— А вот прямо здесь. Будем сидеть и пить пиво. А потом доложим Ричарду, что работа сделана, и поедем за нашими бабками. За гонораром то есть.

Вован тупо посмотрел на Невлера, потом перевел осоловелый взгляд на Паршу:

— Парша, ты че-нибудь понял?

Парша смотрел на Невлера вприщур. Ему показалось, что он понимает, куда клонит Петрусь.

— Намекаешь на «большой бадабум»? — негромко спросил он у Невлера.

Тот кивнул:

— Точно. Намекаю.

— И где?

— Там, где она обязательно появится.

— Гм… — Парша задумчиво поиграл желваками. — Идея-то ниче. Но как все это провернуть?

— Э, мужики, — вклинился в их диалог по-прежнему ничего не понимающий Вован. — Погодите. Вы чего, а? Вы че задумали-то?

— «Большой бадабум», — весело сказал ему Невлер. — Смотрел «Пятый элемент»?

— Ну.

— Ну вот.

— Погоди… — Вован открыл рот, чтобы было легче думать. Забормотал: — Бадабум… Бадабум… — Внезапно в глазах его мелькнуло понимание. Он поднял брови и уставился на Невлера: — Это взрыв, что ли?

— Молодец, допетрил, — похвалил его Невлер. — Мы установим бомбу там, где она точно появится. А потом — рраз! И дело в шляпе. Тетка в больнице, а мы — в белом «мерседесе» со шлюхами и шампусиком.

Вован нахмурился:

— А если она подохнет?

Невлер пожал плечами:

— Ну подохнет так подохнет. Че бояться-то? Все равно на террористов спишут. В Москве нынче каждый день че-нибудь взрывается. Теткой больше, теткой меньше.

— Идея хорошая, — заговорил Парша, постукивая пальцами по столу. — Но где мы возьмем бомбу?

Невлер высокомерно дернул краем губы:

— Шпана. Что бы вы делали, если б не я. Так и быть, выдам вам одну нычку. Есть у меня в Москве кореш, который сам бомбы делает. Он здесь в институте учится, на химика. Помнится, в детстве мы с ним хорошо так пошухерили.

— А из чего? — поинтересовался Вован. — Из чего он их делает?

— Из того, что в аптеке купит, — ответил Невлер. — Ну и еще в хозяйственном. Он из простого мыла может пластид сделать. В натуре говорю.

— А может, лучше купим бомбу у серьезных людей? — с сомнением в голосе предложил Парша. — Сейчас на рынке все можно купить, даже ядерное оружие. Я могу пошуршать по злачным местам. Авось и выйдем на нужных людей.

— Ладно, я не против, — пожал плечами Невлер. — Только платить этим людям ты будешь из собственного кармана. На мой не рассчитывай.

Парша рассеянно поскреб пятерней в затылке:

— Н-да… За хорошую бомбу пол-аванса выложить придется.

— Об этом я и говорю, — кивнул Невлер. — Если бабок не жаль, иди и покупай. Вон у Вована на крайняк можешь занять.

— А че сразу у меня? — обиделся Вован. — Че я, Рокфеллер, что ли?

Парша посмотрел на Невлера и нахмурился:

— Он хоть точно химик, этот твой студент?

— Зуб даю, — ответил Невлер.

— А положиться на него можно? А то сдаст нас всех с потрохами.

— Да ты че, Парша, чтоб Леха сдал? Да за ним самим столько всего по Тамбову числится, что, если я кому скажу, ему лет пять цугундера светит, не меньше.

Парша вздохнул и хлопнул ладонью по ручке кресла:

— Ладно, звони своему корешу. Если мы его не найдем, нам труба.

— Найдем, — заверил приятелей Невлер. — Я его из-под земли достану.

Он встал с кресла и подошел к телефону.

Вован сидел перед следователем, понурив голову. Хотя он сам попросился на допрос, он, по всей вероятности, никак не мог заставить себя начать беседу.

Следователь Тамбовской прокуратуры Тарас Петрович Елкин был суров и не скрывал своего неприязненного отношения к парню. Поэтому заговорил он с ним строго и даже желчно:

— Ну что, Кабанов, так и будем молчать? О чем ты хотел со мной поговорить?

Вован поднял на следователя взгляд и ответил виноватым и каким-то пришибленным голосом:

— Гражданин следователь, совесть меня мучает. Решил все вам рассказать.

— Вот как? — Елкин кивнул: — Отрадно слышать. Продолжай.

Лицо Вована дрогнуло под желчным взглядом Тараса Петровича: