Перегаром не пахло, но Силия догадалась, что мама уже, наверное, выпила рюмку водки. Потому так хорошо держится. К тому же привела себя в порядок: аккуратно уложила волосы, надела платье с белым воротником. На глаза все равно глядеть было страшно, но в остальном миссис Райан смотрелась вовсе неплохо.

Ну, теперь пора. Силия поставила ноги на пол и отпила большой глоток чаю.

— Спасибо, мам. Знаешь, я кое-что хотела тебе сказать. Все дожидалась подходящего момента…

— Я там внизу поставила чайничек; сейчас выключу и поднимусь.

Она ушла. Чайник был чистой выдумкой. Силия встала и быстро оделась. Она решила, что джинсы одевать не стоит, и облачилась в юбку и блузку, затянувшись широким белым ремнем. Так она казалась строже, больше походила на медсестру. В кухне мамы не было. Куда она исчезла? На пороге у бокового входа послышалась возня: вооружившись ведром и щеткой, миссис Райан на четвереньках энергично терла ступеньки.

— Я вот вчера заметила: безобразие, надо же отмывать, а то мы в грязи утонем. — Она сопела, взмокнув от усилий. Силия промолчала, вернулась в кухню и налила себе еще чаю. Наконец, мама все-таки вернулась.

— Вот, теперь порядок, — сказала она.

— Хорошо, — ответила Силия.

— Я видела Нэнси Моррис — у этой девчонки с головой беда. Если ей что надо от тебя, говорит: «Здравствуйте, миссис Райан», — а если нет, то ты все равно что пустое место. Я притворилась, что не слышу. Когда она приезжает домой, ее мать просто с ума сходит.

— Охотно верю, — заметила Силия.

— Что ты, — перепугалась миссис Райан, — это не о тебе, я тебе рада. Так рада, что ты приезжаешь, выручаешь меня.

— Спасибо, что сейчас хотя бы так говоришь, — сказала Силия. — Но вчера вечером ты другую песенку пела.

— Что ты, в пятницу вечером не надо меня слушать — такая толпа наседает со всех сторон. Я может, немного была не в духе, но я ведь поблагодарила тебя за то, что ты перемыла посуду? И даже принесла чашку чая в постель! — Она умоляла как малый ребенок.

Силия осторожно отобрала у нее ведро и щетку, закрыла за спиной дверь, и, ласково говоря с ней, подвела к столу, опасаясь, что мама снова куда-то бросится.

— Разумеется, ты принесла мне чаю в постель, и я знаю, что где-то в глубине души ты благодарна мне за то, что я приезжаю, но мама, это не главное, совсем не главное. Ты не помнишь, что было вчера вечером, часов после девяти — вот о чем речь.

— То есть как?

— Когда я приехала, ты уже была невменяема. Кричала на какого-то мужчину, который якобы дал тебе пятерку вместо десятки. Заявила юной Бидди Брейди, что тебе тут не нужна целая толпа ее подружек — к счастью, Барт все уладил. Ты пролила на стойку целую бутылку лайма, и весь вечер она была липкая, потому что ты никому ее вытирать не позволяла. Несколько любителей гольфа попросили картофельных чипсов, а ты не нашла коробку и сообщила им, что тебе лень искать, потому что у чипсов этих запах детской неожиданности. Да, мама, это твои собственные слова.

Мама невозмутимо смотрела на Селию через стол. И похоже, не думала никуда бросаться.

— Не знаю, зачем ты так говоришь, — произнесла она.

— Потому что это правда, мама, — взмолилась Силия. — Поверь мне, это все правда, а бывало еще не такое.

— Зачем ты выдумываешь?

— Я не выдумываю. Все так и было. И сегодня так будет — мама, это болезнь. Ты, как я вижу, уже пила. Я говорю все это ради твоего же блага.

— Это полный бред. — Она попыталась встать, но Силия схватила ее за запястье.

— Я никому не сообщала: не хотела зря беспокоить, думала, что это пройдет. Может, это только на выходных бывает, когда тебе тяжело управляться. Мама, пойми, пора делать что-то.

— Что значит: не сообщала? Кому?

— Мари, Харри, Дэну.

— Теперь ты будешь всем плести эти сказки?

— Не буду, если возьмешься за ум. Мама, ты слишком много пьешь, это уже болезнь. Тебе теперь надо…

— Ничего не надо, спасибо. Наверное, иногда я перебираю — ладно, обещаю быть осторожней. Это тебя устроит? Допрос окончен? Может, наконец, займемся делами?

— Мама, прошу тебя. Кто хочешь тебе подтвердит. Позвать Барта? Он все расскажет, как было. И миссис Кейси, и Билли Бернс, и все считают, что ты не справляешься…

— Силия, ты всегда была ханжой, даже когда отец был жив. Ты не понимаешь, что в пабе с клиентами надо общаться, надо выпивать с ними — они это любят. Из тебя не выйдет хозяйка паба, ты из другого теста, не то, что мы — не то, что я. А ты слишком правильная, вечно придираешься к людям — и вот в этом твоя большая ошибка.