Маг встал.

— Останетесь здесь. Я прикажу поставить вам палатку и обеспечить питание. Охрана…. Сами справитесь. Но если Гмана обнаружат в крепости с оружием — он будет сразу убит. Без разговоров и выслушивания оправданий. В остальном ты, Натис, отвечаешь за него полностью.

Оставалось только кивнуть.

Барон Мик ждал мага у ворот крепости. Молча выслушал, долго что-то обдумывал.

— Ты веришь, что можно вот так, за несколько минут, научиться говорить и понимать совершенно неизвестное существо?

Холс пожал плечами.

— В принципе, для мага-ментала это возможно, всё зависит от уровня его силы. А уровень Натис я даже не представляю — слишком она необычная.

— Допустим. А то, что эта обезьяна признала её хозяйкой?

— Мы не знаем, какие отношения в мире этого существа. Тем более, что это произошло после того, как оно назвало Натис «эльхае». Что это означает, она не знает. Может так называют их магов, может какой-то уровень власти. Со временем разберёмся.

— Тебе не кажется это странным?

— Что именно?

— Да всё! Слишком уж удачно всё складывается у этой девчонки. Отправилась на пост и отдыхала всю смену. Не успела спуститься на землю, как тут же встретила пришлого, тут же договорилась с ним и он с готовностью признает её госпожой! Расскажи тебе подобное неделю назад — ты бы поверил?

— А ты бы поверил неделю назад, что придет девчонка-посудомойка и завалит одного из твоих лучших солдат, даже не прикоснувшись к нему и пальцем? Но это произошло, и что бы мы ни думали — это есть, и это надо учитывать.

— Слишком уж всё это похоже на спланированную операцию.

— И в чём её цель?

— Всё как на ладони! Девчонка подготовила редкую обезьяну, её привезли сюда другие люди, а в нужный момент подсунули ей. Обезьяна рычит, девчонка говорит что нужно ей, пугая нас новым вторжением. Мы развешиваем уши, стягиваем войска, а в нужный момент начинается или переворот в столице, или вторжение одного из наших соседей. Нужно хватать девчонку с обезьяной и пытать их, пока не скажут правду!

Холс кивнул, соглашаясь.

— Можно предположить и такое. А можно и другое. Начинается нашествие, и ты успел продаться агентам пришлых. Девчонка может открыть правду, и ты делаешь всё, чтобы заткнуть ей рот. Готов отправить солдат на её арест, зная, что никто из них после этого живым не вернётся. Готов отправить меня, хотя я предупреждал, что после нашей схватки крепость может быть уничтожена. Все признаки, что ты расчищаешь дорогу пришлым, устраняя всех, кто может рассказать об этом и встать у них на пути.

Мик замер, потом его рука легла на рукоять меча. Голос стал хриплым.

— Да как ты смеешь?!

Казалось, он сейчас взорвётся от ярости, но взгляд мага был твёрд, и он смог сдержаться. С трудом убрал руку с меча, с трудом раздвинул губы.

— Ты прав, Холс, при желании можно и так повернуть.

— Можно — подтвердил маг — Но давай оставим дело поиска врагов и тайного умысла тем, для кого это настоящая работа — Тайному сыску. У нас другие обязанности. У нас есть пришлый, у нас есть слова Натис и мои предположения, что вскоре может начаться вторжение. Во всяком случае, её слова можно истолковать именно так. У нас есть прямые приказы, как поступать в таких случаях.

Мик встряхнулся, словно сбрасывая с себя напряжение последних минут.

— Ты прав, есть прямые приказы. Завтра с утра пошлю гонцов предупредить башни о возможном нападении. А сегодня вечером отправлю донесение в столицу, пусть думают, какие меры принимать. И о своих подозрениях сообщу!

— Разумеется, — кивнул маг — пусть в столице разбираются, где правда, а где только видимость.

— Натис не сбежит?

— А зачем тогда было идти сюда?

— Ну, мало ли. Сообщить ложное донесение.

— Тогда ей вообще нет смысла бежать, пока она не убедится, что мы ей поверили и здесь не появятся войска.

— Почему ты не дал ей охрану? Сам знаешь, чем может кончиться ночь рядом с джунглями.

— Зачем? Судя по тому, как быстро она договорилась с человекоподобным, местные хищники для неё не будут угрозой.

— Одно дело почти человек, и совсем другое — дикий хищник.

Маг неожиданно улыбнулся.

— Помнишь жеребца по кличке Дун?

— Помню. Злой, любит кусаться и своевольничать.