Ды это, показалось либо, послышался явно дрожащий голос.

Григорий прошел к Фимке и крикнул Нифону, чтобы засветил свое чудище.

Зрелище действительно было жутковатое. Огненный демон, окутанный паром, ехидно улыбался, будто предрекая нарушителям подземного спокойствия неминуемую и очень ужасную гибель. Непосвященный от такого зрелища вполне мог обделаться. Старшина даже повел носом в сторону дрожащего Фимки, но то ли у того был крепкий желудок, то ли давно не ел, однако ничем подозрительным от него не пахло.

Это чего это такое, господин старшина? Жутьто какая!

Ты либо демонов подземных ни разу не видел, темнота деревенская? снисходительно хлопнул солдата по плечу Григорий и крикнул Нифону: Неси давай сюда свою рожу.

Взяв ранец и факел, приказал новобранцам ждать его здесь, двинулся обратно к пещере. Стрельба с той стороны затихла и было неясно, что турки собираются предпринимать.вот показался довольно ярко освещенный выход в пещеру. В нем иногда мелькали неясные тени. Дальше идти было опасно, ибо если вновь начнется стрельба, то шансов убежать будет мало. Еще раз как следует смочив ранец, установил его рожей к туркам и положил сзади факел. После чего отбежал вглубь туннели и, вложив пальцы в рот, пронзительно засвистел. Пробежал в темноте еще немного, прислушался. Со стороны пещеры доносились неясные крики.

Испугаются ли, нет ли турки демона, а выйти из подземелья русским солдатам вряд ли позволят. Оставалось надеяться на Тимофея с Дионисом.

Прошло полчаса ожидания, и земля вдруг сотряслась от сильного взрыва. Через несколько секунд солдат обдало волной жаркого воздуха и меловой пыли. Дружно закашлялись, отплевываясь от набившейся в рот взвеси. Потянулись к ручью, чтобы промыть запорошенные глаза. Плеская воду в лицо, обратили внимание на то, что вода в ручье иссякает. Вот уже и совсем перестала течь, оставив лишь маленькие лужицы. Пока думали над причиной исчезновения воды, грохнуло еще раз. Сотрясение чувствовалось не меньшее, а вот взрывной волны на этот раз не было. Зря только зажмурились, задержав дыхание и втянув голову в плечи.

Подорвали ход басурмане, сделал логический вывод старшина. Потому и вода пропала.

Это что ж мы тут, замурованы теперь получается? прозвучал голос Семена.

Получается замурованы, согласился голос Нифона. Может, факел запалим, господин старшина?

Один остался, неча зря палить, отозвался тот. Тимофея с Дионисом дождемся. Если они какой новый ход обнаружили, тогда может факел и пригодится. Пойдемка проверим, как нас завалили. Фимка, вы пока тут с Семеном сидите.

* * *

Когда Денис с Тимофеем вернулись к товарищам, то узнали, что предчувствия их не обманули. Старшина уже обследовал обвал, убедившись в отсутствии хоть какогонибудь просвета. Идя к месту подрыва они с Нифоном споткнулись об ранец, сыгравший роль подземного демона. Рядом с ним обнаружился присыпанный меловой пылью погасший факел. Подпалив его, убедились в основательности завала.

Что будем делать? Копать? спросил Тимофей.

Второй взрыв слышал? в свою очередь спросил старшина. Думаю, басурмане и пещеру обвалили, чтобы демона запереть. Да и выходы скорее всего тоже подорвали, али подорвут еще.

При таком раскладе проще вверх копать, подал голос Денис.

Помолчали. Ктото захрустел в темноте сухарем. Остальные последовали его примеру. Поделились с Тимофеем и Семеном. Семен, когда неожиданно пришлось драпать, оставил свой ранец в береговой пещере.

Чуть позже послышался храп. Произведя перекличку, выяснили, что храпит Фимка.

Вот жешь чертов сын, удивился Григорий. Его похоронили заживо, а ему лишь бы поспать. Сухарик похрумкал и на боковую.

Фимка в ответ лишь прихрюкнул, повозился, устраиваясь удобнее, и засопел громко, но уже без храпа.

Ноги околели босиком лазить по этим подземельям, пожаловался Тимофей.

Дык это, на хоть портянки намотай, засуетился старшина, шурша чемто в своем заплечном мешке. Чего молчалто.

Я там, когда оскользнулся, то вроде как вода мне теплой показалась в том озере. Вначале, где по щиколотку холодная, а чуть глубже теплее, говорил Тимофей. И это было последнее, что услышал Денис, проваливаясь в дрему.

Эти же слова о теплой воде и всплыли сразу в голове после того, как проснулся. Вокруг, несмотря на подземную сырую прохладу, сопели и храпели уставшие бойцы. Попаданец выпрямил затекшие ноги и задумался о причинах, по которым вода в подземном озере может быть теплой. Из всех возможных причин вырисовывалась только одна, та, о которой уже появлялась мысль в его голове, но была вытолкнута думкой о генеральской дочке. Еще когда старшина послал их с Тимофеем разведать туннель, он думал над тем, что этот отнорок идет почти параллельно тому, что выходит в обрывистый берег реки. Уклон здесь не столь велик, чтобы уйти слишком глубоко. Да и вообще уклон не заметен, и если бы не ручей, перекрытый ныне завалом, то на глаз не определился бы. Значит что получается? А получается, что туннель тоже выходит к реке, а вернее, в реку. Потому и вода теплая! Вот только далеко ли под водой до русла реки? Хватит ли воздуха в легких, чтобы доплыть. Думая об этом, парень вновь заснул.

Ему приснилось подземное озеро. Только оно стало намного больше и освещалось изумрудным свечением, исходящим от стен и высокого потолка. В озере хохоча резвились Димон и Василиса. Они плавали наперегонки, ныряли, подолгу скрываясь под водой, с веселыми криками хлопали по поверхности озера ладонями, направляя друг в друга фонтаны брызг. И им не было никакого дела до замерзшего Дениса. Стараясь делать вид, будто и его нисколько не интересуют их игры, он разделся и спустился в теплую воду. Однако вода оказалась какойто неприятной, киселеподобной. Охватило такое ощущение, будто окунулся в слизь. Но нужно было найти выход к реке. Там чистая вода, там спасение. И Денис нырнул и поплыл под водой. Вокруг него была меловая труба. Он плыл внутри нее, и ей не было конца. Воздух в легких кончился и их начало разрывать невыносимым желанием вдохнуть. Пловец повернул назад, но и там оказалась бесконечная, уходящая вдаль труба. В панике сильнее заработал руками, из последних сил сдерживая дыхание.