Стало опять тихо, но идти дальше было опасно, и Вита присела у столба, пытаясь обдумать, как ей обхитрить Сантану, добраться до него и до скипа. Наверняка, гад, каким-то образом подслушал слова Свята, или что-то еще его навело на мысль поискать прибор на разгромленной станции. Но то, что мужчина здесь с той же целью, что и она, Виталия не сомневалась. И так же осознавала, что должна опередить его, а если опоздала — перехватить. Костьми лечь, но не дать Сантане унести прибор. Только как забраться наверх?
– огляделась. Приметила кабель, свешивающийся вниз, и прикинула — хватит ли ей времени взобраться по нему?

Безумие. Но есть ли иной путь?

Вита осторожно выглянула из-за столба, осмотрелась и решилась. Сунула оружие обратно за пояс, разбежалась и прыгнула на кабель. Тот качнулся и понес ее к стене. Девушка оттолкнулась и, улетая обратно, вцепилась в край площадки. Выпустила кабель и подтянулась, заползла и только приподнялась, как увидела лежащего в десятке шагов от нее Сантану и выставленный в ее сторону пистолет. Мужчина был ранен в грудь и усмехался слишком нервно, чтобы понять, что он задумал. Хотел бы выстрелить — выстрелил, но лишь держал на мушке. Ждал, что она выстрелит и прикончит его? Не тот человек. Да и Вите нужно было бы вытащить свое оружие из-за пояса, прицелиться, а это время, и пусть пара секунд, но за них можно убить пару раз. Преимущество было на стороне мужчины, а не на ее.

– Здесь ничего нет, - прохрипел он.

– Мне верить? Тебе?

Сантана хыркнул и сел с надсадой, прислонился к останкам стены лифта.

– Ты меня убила, а мертвые не лгут.

– Мертвые и не болтают, - осторожно начала опускать руку ближе к пистолету за поясом.

– Но, но, - предупредил. Рука явно немела и он уперся ею в колено, продолжая держать девушку на мушке.

– Представляешь, одна пуля в лоб или шею, и тебя нет.

Вита покосилась направо, прикидывая куда смыться.

– Не бойся, не выстрелю, если ты не станешь дурака валять. Ты же зачем-то пришла? Ну, вперед.

Говорил он с трудом: что вполне понятно — большое бурое пятно на груди не оставляло сомнений — будь он смертен, был бы мертв. Но лучше было бы, если бы умер по-настоящему. Вита почувствовала, что бессмертие ее серьезно утомляет. Причем что свое, что чужое. Мучение какое-то.

– Иди, - качнул стволом.
– Ищи, если не веришь.

Вита постояла и сделала осторожный шаг, не спуская взгляда с Сантаны. Веры ему у нее и грамма не было, но и выхода иного не наблюдалось. Прошла до скипа и отворила дверь. Скрылась внутри и перевела дух. Сердце заколотилось о грудную клетку, только сейчас дав себе волю.

Ладно, - передохнула. Сейчас у нее есть возможность обыскать помещение, но отчего-то казалось, что дело это бесполезное.

И все же Вита закружила по обломкам и хламу, принялась методично обыскивать все закутки. В итоге перевернула все, залезла в каждый уголок, но осталась ни с чем.

Можно было выходить, но где гарантия, что мужчина не выстрелит теперь.

Вита замерла у дверей и попыталась сообразить: что ее напрягло и кажется странным. Вывод напрашивался сам, но проверить его можно было лишь серьезно рискнув, в прямом смысле — жизнью.

Девушка, не таясь, вышла из скипа и подошла к Сантане:

– Назад, - бросил тот.

Вита качнула головой и вдруг пнула по руке, выбила оружие. Пистолет отлетел к краю платформы, качнулся и грохнулся вниз.

– И?
– тяжело дыша, уставился на нее Сантана.
– Добьешь?

Вита склонилась над ним и обыскала — ничего. Неужели он не лгал? Тогда кто солгал — Свят? Умирая?

Ничего не понимаю, - огляделась и принялась искать вокруг — может Сантана нашел пульт, потом услышал, что кто-то заявился на порт-скип и срочно спрятал?

– Нет ничего, - опять прохрипел мужчина.
– Можешь не верить, тратить время… Твой студент — лжец… Редкая мразь.

– Не тебе судить!
– разозлилась. И готова была застрелить Люверта, но лишь обожгла взглядом.

Постояла, пытаясь уговорить себя убить его, и поняла — не сможет. Раненого — не сможет.

Вита глянула вниз — пора уходить. Рухнула последняя надежда. Прибор испарился и вряд ли уже найдется. Хорошо не достался Сантане, надо порадоваться этому и идти дальше.

– Тебе не надоело?
– повернулась к нему, присела рядом на корточки.

– Что?
– посмотрел на нее из-под полуопущенных ресниц.

– Эта война, глупая, бессмысленная.

– Для тебя.

– Допустим. Но может, поставим точку, встретимся и решим в бою кому жить в этом мире, кому умирать? Прибора нет ни у тебя, ни у меня, силы равны. Можно до бесконечности устраивать перетягивание каната, но мне, лично, за эти пол года вся эта тусовка с массовкой, вот где, - показала на горло.

– Что предлагаешь?

– Встретиться. Ты со своими, я со своими, ты за своих, я за своих. Поставим точку.