– Сиди, я сам сбегаю, – вызвался водитель.

– У вас как с испанским, ребята?

– В пределах минимума, – честно ответил сидящий на пассажирском месте.

– То-то и оно, что в пределах, – кряхтя, вылез из машины и, стараясь, не хромать, двинулся к аптеке через дорогу.

Минут через десять приковылял обратно, залез в машину и принялся располагаться поудобнее. Наконец пристроил раненую ногу на сиденье и опять закурил.

– За что люблю старые американские тачки, так это за просторные салоны, – довольно проговорил он. – Карта есть?

– А как же, – отозвался водитель. – В бардачке.

– Отлично, поехали.

– Куда?

– На шоссе, потом свернешь на первую же грунтовку и остановишься.

– Ты как?

– Терпимо, а когда перевяжете и кой-чего вколете, станет совсем отлично. Да, через два квартала будет забегаловка. Остановимся, схожу, куплю что-нибудь перекусить.

– Надо было пиццу взять, – огорчился водитель.

– Точно, – поддакнул коллега...

– ...Жизнь налаживается, – после перевязки, пары бутербродов и чашки кофе раненый заметно приободрился.

– Будем связываться с резидентом? – поинтересовался водитель.

– Нет.

– Почему? Нам было приказано...

– Забудь. С резидентом у нас теперь дружба врозь. Кстати, это именно он меня сдал, если кому интересно.

– Ничего себе! – напарник водителя едва не поперхнулся кофе. – А..?

– Опять же нет, с ним в ближайшее время ничего плохого не случится.

– Тебе виднее.

– Именно так, еще вопросы?:

– Слушай, – водитель допил кофе и потянулся за сигаретами, – а почему запретили валить штатников? Нас, когда инструктировали, раз десять строго-настрого... Между прочим, год назад в Будапеште, если помнишь, они не больно-то церемонились.

– А я знаю? – раненый потянулся и откинулся на сиденье. – Мне было сказано то же самое. Начальству, ребята, виднее, оно умное и газеты читает. Через час, как стемнеет, отвезете меня в порт. Сами уходите, как и пришли. К завтрашнему дню ни вас, ни меня в стране быть не должно, приказ Центра.

– Потому что завтра здесь начнется большая игра, – торжественно проговорил напарник водителя. Тот хмыкнул.

– Почему ты так решил? – оживился раненый.

– Сам не знаю, – потупился. – Просто подумалось.

– Думать, значит, любишь? Может, хочешь перейти к аналитикам?

– Нет, – всполошился тот. – Только не это.

– А то смотри.

Раненого отвезли в порт, он проковылял метров триста по пирсу и остановился под фонарем. Из темноты объявился невысокий лысоватый человек с роскошными черными усами. Подошел и протянул руку.

– Привет.

– Изменникам руки не подаю, – строго ответил раненый, пожимая протянутую ладонь. – Все готово?

– А то.

– Трогаемся, – с его помощью перешел с причала на небольшой катерок, добрался до кормы и спустился вниз в крохотную каюту. Усач встал к штурвалу. Катер взревел мотором и пошел, причем, достаточно шустро. Прошел пару десятков миль и лег в дрейф, а ближе к полуночи опять завелся и двинулся в точку рандеву, где встретился с идущим в порт Гамбург сухогрузом под греческим флагом. С русским капитаном и командой, на две трети состоящей из китайцев. Раненый и подлюга резидент перешли на борт, сухогруз лег на курс. Катерок еще некоторое время поболтался на волне, а потом почему-то взял да и затонул.

Напарники или, как они называли себя, коллеги, той же ночью пересекли границу и вечером следующего дня уже воздерживались от курения в салоне эконом-класса аэробуса «British Airlines».

А на следующий день в столице столь торопливо покинутой всеми ими страны высадился русский десант. Быстро, резко и неожиданно, в лучших традициях ВДВ. Русские это умеют, поверьте. Вспомните хотя бы Приштину. И хотя, как и в тот раз обошлось без стрельбы, пальбы, наполнения синевой парашютов и всякой военизированной пошлости вроде рубки супостатов саперными лопатками в капусту и прочих там «Ки-ия!» с разбегу, свою задачу он выполнил на твердое «отлично» и оказался кое для кого снегом на голову в тропиках.

Как выяснилось позже, возвращавшаяся после официального визита в Бразилию российская делегация, вдруг, уже в воздухе, решила сделать небольшой крюк и завернуть в эту страну. Вопрос о ее приеме был решен с невиданной для местных широт оперативностью и, что самое интересное, об этом в суматохе забыли поставить в известность Большого Брата.

Свыше двух сотен человек сошли по трапам двух бортов, чем существенно, хоть и временно, увеличили население карликовой столицы крохотной страны. Вальяжные, с государственной мутью во взоре чиновники, лощеные «шестерки», разъевшиеся до неприличия «видные представители деловых кругов» с привычно бегающими глазками, мужики в штатском с откровенно военной выправкой и цепким взглядом.

Развращенный собственным величием заклятый стратегический партнер, как и следовало ожидать, воспринял произошедшее весьма болезненно. Что, черт подери, происходит? В банановой республике нашли нефть, русские собрались разместить там ракеты или это вообще начало Большой Игры в регионе, что?

Спецслужбам, как водится, вставили по самые гланды, те ответили на заслуженную критику ударной работой. Для начала, естественно, быстренько назначили виновного за все и строго наказали. Бедный, бедный как бы Уильям. Новость об отставке с позором настигла его на больничной койке. Его помощника, недолго думая, отправили на усиление резидентуры аж в Монголию. Силы и средства в стране спешно нарастили за счет других, менее перспективных, государств региона.