— Решила зайти и посмотреть, как они спят. Просто инстинктивно, наверное.

Он окинул ее фигурку в халате таким взглядом, что щеки Кары мгновенно покрылись пунцовым румянцем.

— К сожалению, этот инстинкт присущ далеко не всем.

Девушка повернулась и направилась в свою комнату.

— Спокойной ночи, мистер Кэмпбел. — Перед тем как скрыться за дверью, она еще раз взглянула на широкоплечего гиганта, заполнившего собой всю детскую.

— Спокойной ночи, — тихо ответил он, посмотрел на завозившегося в кроватке Робби и тихо вышел.

Утром следующего дня Кару разбудили пронзительные голоса детей, споривших о чем-то друг с другом. Девушка приподняла голову и взглянула на будильник. Четверть восьмого. Она встала с кровати, накинула халат и вошла в ванную. Здесь детские голоса слышались громче и отчетливее. Дрожащий фальцет Робби перекрывал ворчливый голосок Дугала.

— Доброе утро! — сказала Кара, открыв дверь в детскую.

Дугал мгновенно прыгнул в свою кровать, а Робби, с красным заплаканным лицом, в расстегнутой и наполовину спущенной с плеча пижаме, продолжал сидеть посередине комнаты. Девушка подошла к малышу и поправила курточку.

— И что же вы не поделили? — спросила она.

— Он хотел встать, — сообщил Дугал, — а я сказал, что так рано нельзя.

— Действительно, — подтвердила Кара, — сейчас еще слишком рано, чтобы поднимать такой шум. В какое время вы обычно завтракаете?

— После дяди Эндрю, — объяснил Дугал.

Кара улыбнулась. «Надо будет спросить Агнес», — подумала она.

— Сейчас я на минутку уйду, а потом снова вернусь. Вы пока посидите тихо. И больше никаких драк и криков. У вас есть здесь какие-нибудь книжки с картинками?

— Полно. Вон там. — Дугал показал пальцем в сторону большого комода.

Кара подошла к нему и выдвинула верхний ящик. Там оказалось множество аккуратно уложенных книг и игрушек.

— Подойдите и выберите себе по книжке, а потом снова ложитесь в свои кроватки.

Дугал подошел и взял две книги. «Вероятно, потому, — решила Кара, — что его попросили взять одну. Ребенок достиг того возраста, когда любое противоречие взрослым рассматривается им как проявление независимости». Робби тоже схватил две книги — последовал примеру брата, а затем со счастливой улыбкой потопал обратно в постель.

— Можно мне остаться здесь? — спросил Дугал, собираясь устроиться на коврике около комода.

— Нежелательно, — сказала Кара, не дав ему опуститься на пол. — Лучше иди в кровать, Дугал. Пожалуйста. — «Сейчас станет настаивать на своем», — подумала она, но мальчик вздохнул и забрался в постель. — Вот и молодец. Ты показываешь Робби хороший пример. На тебя можно положиться.

Дугал, очевидно, осознал важность возложенной на него миссии и просиял. Кара с трудом удержалась от смеха.

Она уже успела одеться и причесаться, когда в ее комнату постучали. Распахнув дверь, Кара увидела Агнес с чашкой чаю в руках.

— О, Агнес! Доброе утро.

Агнес поставила чашку на столик около кровати.

— Вы так рано встали, мисс Хьюстон. Только половина восьмого. Я отнесла чай мистеру Кэмпбелу и подумала, может, вы тоже не откажетесь выпить чашечку?

— Спасибо. Очень мило с вашей стороны. Вчера я забыла спросить, в котором часу мальчики обычно завтракают. Все, что мне мог сказать Дугал по этому поводу, так это то, что они завтракают после дяди Эндрю.

Агнес засмеялась:

— Так и есть, хотя это вряд ли о чем-то говорит. Мистер Кэмпбел завтракает в половине девятого, а дети спускаются вниз примерно без пятнадцати девять. К этому времени мистер Кэмпбел успевает съесть большую часть своего завтрака в спокойной обстановке.

— Понятно. — Кара посмотрела на часы и взяла чашку. — Значит, у меня есть время выпить чай, а потом поднять детей. В данный момент они «читают».

— Что, уже встали? — удивилась Агнес.

— И да, и нет, — засмеялась Кара. — Я обычно встаю рано, но, кажется, семь пятнадцать — это уж слишком. Робби не хотел больше спать.

— А, все ясно. Он очень беспокойный паренек. Должно быть, хотел убедиться, что вы здесь и никуда не уехали.

— Он такой милый и трогательный, а Дугал довольно самоуверенный и любит поспорить.

— До появления той женщины в доме он был более покладистым, — заметила Агнес. — Очень хорошо, что мистер Кэмпбел уволил ее.