– Я хочу уйти, – повторила Ира.

– Нет, ты говорила, что хочет остаться, да, Светик?

– Говорила, – промямлила та.

– Вот! Поэтому живи, но я буду тебя воспитывать, поняла?

– Я, наверное, пойду? – сказала Светик, не найдя себе роли в этой мизансцене.

– Вот-те, нате, – Олег удивленно наморщил лоб, – ты тоже никуда не пойдешь!

– Олежек, я матери сказала, что приду ночевать. Мне надо…

– Можешь позвонить ей.

– Как? Ты же сам телефон оборвал, – Светик покраснела.

– О, черт!..

Ира видела, что поведение Олега стало более-менее адекватным, и решила предпринять еще одну попытку. Может, он все-таки отпустит ее и останется здесь со своим «Светиком»?..

– Олег, пожалуйста…

– А ты марш на кухню! Спать! Тебя не спрашивают!

Значит, в отношении нее ничего не изменилось… Поднявшись с пола и поправив одежду, Ира поплелась на кухню. Встала у окна; закурила, глядя на огоньки, мерцавшие сквозь ветки росшего под самым окном тополя. Сколько раз она курила, глядя на этот тополь!..

Сейчас, находясь в одиночестве, она могла относительно трезво оценить ситуацию. Перед ней стояли две глобальные задачи – как вырваться отсюда и куда идти потом, причем, решение первой не имело смысла без решения второй. К сожалению, у нее не было знакомых, которые могли б приютить ее больше, чем на день-два, и, видимо, из-за свежести впечатлений на ум приходил только Дима. …Конечно, он приглашал остаться на ночь, но ведь не навсегда!.. А если он откажет, то останется только кинуться из окна или идти бомжевать по подвалам… Но у него столько места!.. А если снять у него комнату? В долг. За реальные деньги моей зарплаты, конечно, не хватит… но ведь с ним можно будет договориться… в конце концов, я совсем не против расплачиваться «натурой» – отработаю… Ей хотелось верить, что таким образом решалась проблема номер два и можно поскорее перейти к проблеме номер один.

В это время вспыхнул свет, и в дверях появился Олег.

– Я же сказал спать, а ты стоишь, куришь. Курят только шлюхи! С сегодняшнего дня я запрещаю тебе курить!.. Чего стоишь? Спать, быстро!

– Может, достанешь матрац с антресолей? – тихо попросила Ира, стараясь не злить мужа.

– Я?!.. Бери стул и лезь! У нас самообслуживание.

Ира смотрела на Олега, не понимая, что происходит. Да, в последнее время он не отличался нежностью; да, он спал с другими женщинами, не скрывая этого; да, иногда издевался над ней, но никогда не был так откровенно жесток.

– Олег… – начала она.

– Так-с… – Олег привалился спиной к косяку, – похоже слов мы не понимаем. Ну, ничего, для этого есть свои решения. Знаешь, мой дед говорил, что строптивую жену надо пороть, как минимум, раз в неделю, а я тебя еще ни разу пальцем не тронул. Быстро лезь, и чтоб через пять минут была в постели! Считаю до трех! Раз… – его взгляд выражал полное удовлетворение и довольство собой.

…Он же сумасшедший, – подумала Ира, – может, потому его и не взяли на вторую СП, а не потому, что он выпил перед комиссией?.. Она подставила стул, но даже встав на цыпочки, только шарила в пустоте.

– Я не достаю, – Ира виновато повернулась и увидела, что за это время в руке Олега появился широкий флотский ремень, который он хранил, как память о чем-то.

– Два… – произнес он, намотав его на руку так, что тусклая квадратная бляха свесилась вниз, – ох, кто-то сейчас получит!..

Ира подпрыгнула и все-таки сумела ухватиться за край; с трудом стащила матрац вниз.

– Все ведь можешь, если захочешь, – он ушел в комнату, бросив на ходу, – через пять минут зайду, проверю.

Ира заволокла матрац в кухню. Отодвинув стол к газовой плите, постелила постель, но раздеваться не решилась – неизвестно еще, чем закончится эта ночь; свернулась калачиком под крошечным одеялом, на котором обычно гладила белье.

Из-за стены сначала доносились неразборчивые голоса, потом хлопнула дверь и стало тихо. Ира решила, что Олег мог пойти провожать Светика и за это время можно попытаться что-нибудь предпринять – например, подсоединить телефон.

Она встала и вышла в коридор. В комнате горел свет, и на диване сидел Олег…

– Три, – будто выплюнул он.

Ира не знала, что ей делать – плакать, смеяться, прятаться или кинуться на него драться. Она застыла на пороге. …Как же, пойдет он кого-то провожать!..

– Слышишь, «три», – повторил он.

– Не сходи с ума, пожалуйста, – попросила Ира, чувствуя, что голос его не излучает ненависть, как полчаса назад. Одно пугало – на столе стоял стакан и початая бутылка водки, которая могла все вернуть в прежнее состояние.

– Ладно, не «три», – милостиво согласился Олег, – садись.

Ира опустилась на краешек стула и с ужасом наблюдала, как он наливает водку.

– Ну, есть ли у тебя мужик? – он оторвал взгляд от стакана.

– Какой мужик?..