— Привет, Шон! Вот это сюрприз!

В это время из спальни вышла девица. Сквозь ночную рубашку просвечивали неправдоподобно длинные, коричневые от загара ноги. Откинув назад густые черные волосы, девица с естественной грацией закурила.

О’Грэйди окинул ее восхищенным взглядом и сказал в трубку:

— Я приеду в конце недели повидаться с детьми. Хорошо?

— Хорошо. Только предупреди заранее, и я прослежу, чтобы они подготовились к встрече. Знаешь, девочки по тебе очень скучают.

— Ну, я еще позвоню, и мы обо всем договоримся.

— Отлично. — И Норин повесила трубку.

Шон тотчас же стал набирать другой номер, не отрывая глаз от ягодиц женщины, просвечивавших сквозь тонкий шелк. На губах его появилась улыбка. Девица тоже улыбнулась ему и опять пошла в спальню.

— Алло, это Дуэйн? Вали поскорее ко мне, есть кое-какая работенка!

Шон положил трубку, пригасил в пепельнице сигарету. Теперь из спальни доносился смех Рикки Рикардо, актера. Программа, кажется, шла к концу.

Таше, так звали девицу, очень нравились старые сериалы типа «Я люблю Люси» Или «Три пилота». И Шон купил для нее видеоролик компании «Макс Бразерс». Таше двадцать пять. А сколько сейчас Норин? Тридцать восемь? Тридцать девять?

Надо чаще видеться с дочерьми! О Боже! То, что случилось с Пэтом, наводит на размышления. Кто сказал, что психи водятся только в Америке?!

Джордж был в центре внимания и наслаждался каждым мгновением. До чего хороша Эдит! Просто фантастика! Он глаз от нее не мог отвести! Какая стрижка! Какая укладка! Видимо, она красит волосы, но цвет совершенно естественный и ей очень к лицу. Никогда не скажешь, что ей уже перевалило за пятьдесят. Джосс, напротив, выглядел на все свои шестьдесят пять. Лицо все в морщинах, кожа темно-коричневая. У обоих типично американское произношение, от чего Джордж был просто в восторге.

Эдит не закрывала рта:

— Я позвонила детям, они завтра же прилетят. Джосс-младший, как мы его называем, из Денвера — это в штате Колорадо. Он служит там в крупной фирме по производству лекарств. Натали приедет на машине из Майами. Она агент по продаже в одной косметической компании. У нас чудесные дети, Джордж. Сам увидишь.

— Я тоже хотел, чтобы Господь послал нам с Илэйн детей, до после смерти нашего мальчика… — Голос Джорджа дрогнул, и у Эдит при взгляде на него на глазах выступили слезы.

Как только Илэйн могла бросить его? После стольких лет совместной жизни! Она просто бессердечная сука, и, если когда-нибудь они встретятся, что, разумеется, маловероятно, Эдит скажет ей это прямо в лицо. Бедняга Джордж! Ему никогда не везло с женщинами! Сперва эта их мамаша-проститутка, а теперь вот Илэйн! Она умолкла и поджала свои кораллово-красные от помады губы.

Из задумчивости ее вывел громкий голос Джосса:

— А как насчет того, чтобы перекусить где-нибудь в Орландо? Скажем, в «Меркадо» на Интернэшнл-Драйв.

Эдит, демонстрируя первоклассную работу дорогого дантиста, широко улыбнулась:

— О да, отличная мысль! Знаешь, Джордж, там подают здоровенные, чуть ли не с килограмм весом, бифштексы!

— Вряд ли, Эдит, я такой осилю! — озабоченно сказал Джордж.

— Глупенький! В крайнем случае я тебе помогу! Давай собирайся! Поехали.

Не может быть, чтобы Джордж не привез с собой какого-нибудь приличного костюма! А то он выглядит настоящим туристом, черт побери!

И все-таки как хорошо, что он здесь! Она с трудом удержалась, чтобы еще раз не прижать его крепко к груди. Она была счастлива видеть брата, чертовски счастлива, и ей все время хотелось его пощупать и убедиться, что она видит его не во сне. В конце концов Эдит не выдержала, обвила шею Джорджа рукой и поцеловала в щеку.

— Я так рада видеть тебя, Джордж! Право же, ужасно рада!

— И я тебя тоже, Эдит, дорогая моя! Мы так долго не виделись!

Она проводила его в просторную комнату для гостей, не переставая удивляться, что брат, которого она уже не надеялась когда-нибудь снова увидеть, находится у нее в доме! В ее прекрасном доме! Пусть расскажет матери, как Эдит теперь живет, пусть позлит старую суку!

— А как поживает мать, Джордж? — Эдит присела на постель, на лицо набежала тень. Стоило ей подумать о матери, как на память приходил ребенок, которого старая ведьма у нее отняла.

Джордж сел рядом, взял сестру за руку.

— Она ничуть не изменилась и не заслуживает ничего, кроме презрения. Такая же отвратительная!

— Так я и знала! — с горячностью воскликнула Эдит. — А про Илэйн она знает? Ну, что она тебя бросила?

Джордж затряс головой: