Келли пристально поглядел на парня, стараясь преодолеть враждебность к нему.

— Ладно, приходи, только держись подальше от меня и моих близких! Надеюсь, ты понял? В том, что случилось с Мэнди, я считаю виновным тебя. Только тебя. И всегда так буду считать. Не брось ты ее одну… — Голос Патрика дрогнул, и он вновь ощутил боль в груди. — Ладно, вали! Убирайся отсюда, пока я опять не сорвался! И держись от меня подальше. Запомнил? Не дай Бог попадешься на глаза во время похорон, растерзаю!

Кевин повернулся и, понурившись, вышел из комнаты, а Патрик так и сидел, глядя на дверь, пока не вошел Уилли. Он принес кофе, поставил поднос на маленький столик в стиле эпохи Короля Эдуарда, наполнил две чашки — себе и Келли. Затем плеснул туда изрядное количество бренди. Келли забавно было смотреть, как неуклюже пытается этот здоровяк играть роль дворецкого.

— Давай потрепемся, Пэт, тебе это просто необходимо. А то ты все один да один. Слова не с кем сказать. Ну, твое здоровье! — Уилли приподнял чашку и глотнул обжигающе горячего кофе. — Черт бы побрал эту миссис Мэннерс! Видно, решила ошпарить мне глотку! А, Пэт?

Патрик расхохотался.

Уилли и не подозревает, что действует как хорошее тонизирующее средство.

С формальностями было покончено, и теперь предстояло обсудить дела, касающиеся бизнеса. Оба хорошо понимали друг друга, и в случае необходимости Келли всегда мог передать Уилли бразды правления. Они уже давно шли по жизни вдвоем.

— Пока особых новостей нет, — сказал Келли. — А, вот завтра я, возможно, получу всю имеющуюся информацию об очередном убийстве.

— И как только у этого сопляка хватило наглости явиться сюда? У меня так и чесались руки поучить его маленько! Для его же пользы!

Патрик пренебрежительно махнул рукой:

— Забудь о нем! Когда-нибудь он получит свое: если не от Господа Бога, то от меня наверняка!

— Я было подумал, Пэт…

Келли смежил веки. Уилли подумал? Это уже что-то новое!

— Ну, эта пташка легавая, та, с которой ты трахаешься… Я хотел сказать, с которой ты развлекаешься…

Келли кивнул, приготовившись к обороне.

— Ну так что там с ней, с этой пташкой? — Сегодня Патрику было не до харизматических наставлений!

— Так вот, я слышал на днях, как она сказала тебе что-то насчет анализа крови на какое-то там ДПН. Верно?

— Не ДПН, а ДНК. Дэ-эн-ка, понял? А ДПН — это Дирекция публичных наказаний! Ладно, ну и что из этого?

Уилли окончательно растерялся:

— Ну пусть ДНК. А что это такое?

— Откуда, черт побери, мне знать? — вышел из себя Келли. — Что я, ученый?

— Ладно-ладно, Пэт, не горячись!

— Нет, ты мне скажи, чего ты добиваешься.

— Она говорила, что можно сделать все здесь, только денег на это нет.

— Что сделать?

— Анализы крови. Будь я проклят, Пэт, но, похоже, ты ни черта не слушаешь, что тебе говорят!

Келли глянул в открытое лицо Уилли, и наконец до него дошло, что тот дело говорит!

Однажды за ужином Кэйт ему рассказала про ДНК — генетический код, что-то вроде отпечатков пальцев. Вещь это элементарная, даже в газетах об этом пишут, но только сегодня до его сознания дошел смысл ее слов.

— Слушай-ка Уилли, сделай одолжение, дозвонись до старшего констебля и скажи, чтобы прислал мне перечень всех случаев, когда преступление было раскрыто на основании анализа ДНК. Только запомни хорошенько: ДНК, а не ДПН! Иначе нам придется изучать папки с делами всех несчастных ублюдков, в то или иное время попадавших в руки легавых.

— Я пошел звонить, Пэт! — И Уилли направился к дверям.

— Погоди! — остановил его Патрик. — Огромное тебе спасибо, старина! Ты мне чертовски помог своей идеей!

Уилли ухмыльнулся и, идя к двери, без конца бормотал: «ДНК… ДНК…» — опасаясь забыть, пока дойдет до телефона.

Патрик отпил из чашки кофе, и на языке остался привкус бренди.

Может быть, удастся осуществить замысел Кэйт и они сумеют хоть чего-то добиться?!

На столе лежали сведенные в одно целое данные по последнему убийству. Просматривая их, Кэйтлин и Кэйт испытывали отчаяние. В данных не было ничего, что могло бы навести на след убийцы.

Вскрытие показало, что непосредственной причиной смерти Леоноры было не удушение, а разрыв влагалища, что привело к болевому шоку.