Шрифт:
– Костян… - в голосе Варана прорезалось раздраженное недоумение. – И его жена с дитем, кажется.
– А это тогда кто?!
Глеб развернул бумажник Фокса, сунул Варану в нос фото в пластиковом кармашке. В свете экрана Рамзес увидел, как забегали глазки ходока.
– Не знаю! – соврал Варан. – Не знаю кто это.
Глеб не вспомнил Инну Порывай сразу, потому что видел ее только на детском снимке в портмоне совершенно постороннего человека, Константина Фоксина, сталкера-бандита с позывным Фокс.
Лязгнуло железо. Стриж поставила карабин на предохранитель, и наступила тишина. Растерянный Глеб запустил пятерню в волосы, будто непрямой массаж извилин способствовал дедукции. Команда благоразумно помалкивала – Инга в недоумении, Варан в терзаниях, раскусил ли Рамзес его вранье.
В чернильной ночи, когда невозможно различить, где заканчивается болотный туман и начинаются тучи, лишь экранчик Глебова смарта освещал стоянку, вырывал из тьмы бледные лица.
Видимо, на огонек и вышел из болота Скипидар. Прозрачный, как положено неупокойнику, он плыл в темноте заплетающимся шагом и словно хотел что-то сказать. Пятно в том месте, где у живого Скипидара были усы и рот, шевелилось и меняло плотность от абсолютной прозрачности до мутной белизны.
Рамзес закаменел.
«…ты будешь мертв!
– жесткие слова Цента вспомнились совсем некстати. – Даже выходя к ночным кострам, пугая честных бродяг разговорами, ты будешь мертв…»
– Глеб! – встревожено окликнула Инга. – Что случилось?!
Она смотрела сквозь прозрачный силуэт участкового, но видела только побледневшего сталкера.
– Ничего, – вытолкнул из перехваченного горла Рамзес. – Собирайтесь, мы выходим.
ГЛАВА 11
1
Дорога от Норы до Стройбата считалась у ходоков чем-то вроде бульвара. Просторная, безопасная, по ней не ходили, а гуляли. Тропа петляла между редкими соснами, выныривала на простор, на бывшие колхозные поля, огибала развалины элеватора, где при случае можно было отсидеться, и снова уходила в лес.
После Норы Князь отвернул с трассы и пошел вдоль, прячась в зарослях от случайных встреч. Выброс закончился, ходоки пришли в себя, а значит вероятность напороться на ненужных свидетелей возрастала с каждым часом. И хотя по целине Князь шел с непривычки медленно, осторожность была не лишней: едва рассвело, навстречу попалась группа сталкеров.
Князь их заметил издалека, пугливых и бедно снаряженных, из тех, кто не вступает в кланы и не ввязывается в разборки, а по-мужицки упорно пашет Зону. Ходоки протопали гуськом к Норе, а спустя час скорым маршем обратно.
«Теперь начнется…», - понял Князь
– Не заметили, кажись, – прошелестел над плечом струхнувший Беня.
От его былого гонора не осталось следа. Запал от ночной бойни прошел, гранату он бросил, когда пальцы затекли. Беня механически, как пришибленный, шагал Князю вслед и смотрел заискивающе.
Проводив убегающих ходоков взглядом, Князь объявил привал. Ему требовался отдых и сон.
– Князь, линять надо, - робко возразил Беня, увидев, что Артур разворачивает спальник. – Повяжут…
Князь цыкнул, и шестерка заткнулся. Линять? Вторые сутки на ногах! Арутр давно отвык от таких нагрузок и засыпал на ходу.
– Князь, ты ведь кончить меня хотел, - снова обозначился Беня, не дав окунуться в спасительный сон. – Только зря. Все знают, что я с тобой хожу.
Хотел – не хотел… Теперь-то какая разница? Сейчас такой нужды нет, а вреда много, так что живи, дитя алкоголизма, дыши, наслаждайся. А там посмотрим. За Периметр, к примеру, возвращаться тебе совсем ни к чему. Без тебя там чище будет.
– Ничего я не хотел. Не хипиши, жить будешь, - сонно обещал Арутр. – Если выспаться дашь.
Но выспаться не дали. Князя разбудил далекий грохот.
– Уй, что будет! – скалился Беня. – А я говорил!.. Что делать-то, Князь?
– Стреляться! – рявкнул Артур, продирая глаза.
Ему тоже стало не по себе, он явственно различал гул двигателя и лязг траков. Неужели танк? Значит, миротворцы вошли в Зону. Значит, в Норе все опишут, сфотографируют и в дело подошьют. То есть вынесут сор за Периметр, туда, где Князь рассчитывал начать жизнь с чистого листа. Ну не гады ли?!
Грохот, впрочем, шел от Стройбата, где миротворцев сроду не водилось. Князь немного успокоился и залег наблюдать.
Танк приближался медленно, чуть быстрее пешего ходока, а в лесу и вовсе убавил скорость. С треском валились мелкие деревья, крупные глухо звенели, обдираемые сталью. Князь увидел между стволами облако пыли и выхлопной копоти, из которого, наконец, выползла приземистая туша с задранным к небу пулеметным стволом. На длинной кормовой антенне, секущей вокруг себя на ухабах, полоскал маленький флажок.