– Вы меня берегите, Рамзес, - посоветовал он. – Может статься, я буду решать, кто вернется, а кто и...

– Мужики… и это… граждане сталкеры! – возопил Скипидар; разговор явно не прибавил ему оптимизма.
– Меня-то за что?! Отведите к людям, христом-богом прошу!

– Заткнись!
– буднично оборвала его Инга. – Прекрати истерику, дойдем до точки, а там… будут тебе люди.

Скипидар замолчал, его лицо дергалось. С каждым днем гримасы прапорщика все больше напоминали ужимки сумасшедшего. Не он первый, кто сходит с ума в Зоне, но Глеб вовсе не хотел, чтобы в его команде шел вооруженный автоматом псих. Нюанс заключался в том, что автомат этот, короткоствольный обрез «Калашникова», прапорщик самолично спер в арсенале «Бора», а значит, по неписанным законам требовать его Глеб права не имеет. Не давал – не твое. Чужое. Можешь отнять, но насиловать участкового Глебу хотелось еще меньше. И так не группа, а сущий сброд.

Надавить, чтобы сам отдал? Рамзес скептически глянул на конвульсивно сжатые пальцы Скипидара. Не отдаст. И рассчитывать на этот ствол, как на реальную боевую единицу не приходится. Максимум – на пальбу веером в белый свет, хорошо, если в нужную сторону.

Как там Ворон говорил? Сколько в Зону ни возьми, а к цели выйдешь с голым задом. Точнее не скажешь. Рамзес пойдет за Оком с ножом, а Скипидар – с «калашом», нужным ему как попугаю контрабас.

Вышли, сначала Глеб с Ингой, затем Скипидар и Варан. Эти двое быстро отстали, выдерживая дистанцию. Как понял с досадой Глеб, ровно настолько, насколько принято отпускать вперед отмычек.

Стриж еще некоторое время игралась с паролями, пока Зона не заставила ее смотреть под ноги.

– Интересная машинка, - Инга протянула смарт. – Нестандартная. На моем ПДА перебор блокируется после третьей попытки. А жаль! Пароль наверняка короткий. Шансы имеются, или я ничего не понимаю в криптографии.

– Нужно понимать не в криптографии, - буркнул Глеб, - а в Фоксе. Что любил, как звали собаку, за какую команду болел.

Он быстро переходил в походное состояние и злился, что его отвлекают.

– Я знал Костяна, - напомнил издали Варан, и Глеб убедился, что со слухом у того все в порядке – змее на зависть.
– Позвольте мне, Рамзес?

– Ну, попробуй, - раздосадованный Глеб бросил смарт Варану. Чем, действительно, Зона не шутит!

– Ага, пусть попробует, - проворчала задетая Инга. – Пусть мэйлы твои посмотрит, карты.

– Мэйлы могу видеть только я. Не отвлекай!

– Да он же тупой! Ты веришь, что он не блефует?

– Может я и тупой, - захлебнулся нервным смешком Варан, и Рамзес встал как вкопанный; обернулся. – Но мне и трех попыток хватило.

Он шел к Рамзесу держа перед собой смарт в вытянутой руке.

– Какой? – выдохнула Инга. – Какой пароль?

– Да вот же! – снизошел до объяснения Варан, защелкал кнопками. – Самый простой – pasword.

– Варан, ты идиот! – всхлипнула Инга. – Password пишется с двумя эс!

– Да? – удивился ходок. – Не знал.

4

К вечеру Рамзес не узнал Ингу, девушка ожесточилась и посуровела. Кожа обтянула заострившиеся скулы, а глаза сверкали из темных кругов настоящей сталкерской сумасшедшинкой. Ворон когда-то говорил: новичок показывает себя на второй день. Почему на второй? Первый день – всегда работа на публику, следующий все расставляет по местам. И хотя в круговерти событий Рамзес затруднился бы сказать, какой день они в пути, воронова примета оправдалась полностью.

Весь день ходоки шли сквозь прокаженный лес. Они спешили, теперь, когда маршрут был на руках, Рамзес торопился выйти к пятну. Любое промедление выводило его из себя.

Думать на ходу не получалось, Зона не давала расслабиться. А подумать было над чем.

– Видите? – победно сиял Варан, демонстрируя маршрут. – Я предупреждал!

Сложнейшую трассу Фокс отработал дотошно. Рамзес прокручивал длинную таблицу с описанием маркеров, некоторые в считанных сантиметрах друг от друга. Запоминал накрепко, ибо не факт, что удастся свериться в критический момент. В таблице нашлись даже координаты Ока, но последние строки – последние десятки метров на местности – остались незаполненными.

– Циферки, говорите? – скалил зубы ободрившийся Варан. – Это не циферки, это крайние, хе-хе, метры! Я проведу вас, Рамзес, если договоримся, конечно. Обдумайте свои гарантии!

Подначки не задевали Глеба, Варан для него словно умер. Сталкеры, впрочем, и раньше существовали в параллельных реальностях, очень уж Рамзес не любил таких… скользких пресмыкающихся.

Трасса тем временем становилась все сложнее, и Рамзес начал выматываться от постоянного напряжения.

– Иди вперед, - приказывал он Инге, когда начинала донимать контузия или наоборот, циркулирующие в крови наркотики.

Девушка заменяла его на спокойных участках. Она двигалась медленно, но тут уж ничего не попишешь - Зона. Нехоженая. Глеб и сам застрял у неприметного овражка на полтора драгоценных часа, пока нашел способ переправиться. Не было у овражка дна. Ни Глеб его не чувствовал, ни Ингин сканер. И камни не долетали, пропадали в никуда.

После овражка встали отдыхать. Участковый выглядел совсем плохо, отвечал невпопад, взгляд его блуждал, не задерживаясь даже на тушенке. Иногда загорался изумлением – где я? в какой такой Зоне? со мной такого быть не может! – и тут же потухал.