— Здесь, — сказал Лапшин, передавая трубку Ваське.
Васька долго слушал молча, потом сказал:
— Не тарахтите, пожалуйста, как два мотоциклета.
Потом через несколько минут опять сказал:
— Попрошу террор не наводить.
И наконец, когда Лапшин прочитал передовую в газете, Васька произнес:
— Никаких претензий я к вам не имею, но с вами развожусь. Да! Хватит, подоили! Да! Так моей бывшей жене и передайте. Да! С приветом! Окошкин.
Повесив трубку, Васька сел на кровать к Лапшину, длинно и с облегчением вздохнул и сказал:
— Все в порядочке.
— Почитай лучше книжку, — сказал Лапшин. — Какой-то ты, действительно, нервный стал…
Они почитали еще с полчаса, потом Лапшин спросил, можно ли гасить свет. Но Васька уже не ответил — спал. На нем была новая нижняя рубашка, белая с розовым, и Лапшину сделалось смешно и немного жаль Ваську.
